– сквозь метель, по гололедице, однако не чувствовал себя уставшим. Городская гостиница находилась возле рынка и располагалась в красивом старинном здании, которое великолепно вписывалось в этот идиллический городок,
словно вырезанный из цветной рождественской открытки.
Бармена, которого звали Сверкер Юхансон, уже не было в живых, однако копия счета, оплаченного Нильсом Эриком
Ёранссоном, сохранилась. Правда, понадобилось несколько часов, чтобы разыскать ее в покрытой пылью коробке на чердаке.
Счет подтверждал сведения о том, что Ёранссон проживал в гостинице одиннадцать дней. Питался он в гостиничном ресторане и ежедневно подписывал чеки за еду и напитки; эти суммы приплюсовывали к его счету. В счете имелись и другие записи, например, за телефонные переговоры, однако номер, но которому звонил Ёранссон, не был записан. Впрочем не это, а кое-что другое сразу же привлекло к себе внимание Колльберга.
Шестого июня тысяча девятьсот пятьдесят первого года гостиница внесла в счет гостя пятьдесят две кроны и двадцать пять эре, уплаченные ею одной автомастерской.
Оплата за буксировку и ремонт.
– Эта автомастерская еще существует? – спросил
Колльберг владельца гостиницы.
– Конечно, причем за двадцать пять лет владелец там не сменился. Вам нужно пойти в направлении Лонганес и…
Человек, который в течение двадцати пяти лет был владельцем мастерской, недоверчиво глядел на Колльберга.
– Шестнадцать с половиной лет назад? Черт возьми, как я могу такое помнить?
– А журналы учета вы ведете?
– В этом деле у меня все в полном порядке, можете не сомневаться.
Полчаса он искал старую тетрадь. Потом не захотел выпускать ее из рук. Сам осторожно перелистывал страницы, пока не добрался до нужного дня.
– Шестое нюня, – сказал он. – Вот, пожалуйста. Буксировка от гостиницы. У него сел аккумулятор. Все это развлечение обошлось ему в пятьдесят две кроны и двадцать пять эре, включая буксировку.
Колльберг ждал.
– Буксировка, – буркнул владелец автомастерской. –
Какая глупость. Почему он не вынул аккумулятор и сам не привез его сюда?
– У вас имеются какие-нибудь данные об автомобиле?
– Да. Погодите… секундочку… ага, вот. Кто-то провел испачканным маслом пальцем по записанному здесь номеру. Но в любом случае это был автомобиль со стокгольмским номером.
– А вы не знаете, какой марки?
– Конечно. Это был «форд-ведетта».
– А не «моррис-майнор»?
– Если тут написано «форд-ведетта», могу дать голову на отсечение, что так оно и было, – сказал владелец мастерской. – «Моррис-майнор»? Да ведь между ними колоссальное различие.
Колльберг забрал с собой журнал. Это стоило ему получаса угроз и уговоров. Когда он наконец выходил, одержав победу, владелец автомастерской сказал:
– Теперь во всяком случае понятно, почему он выбросил деньги на совершенно ненужную буксировку.
– Почему же?
– Стокгольмец.
Уже стемнело, когда Колльберг вернулся в гостиницу.