– Так думай.
Меландер не проявил к разговору, как казалось, ни малейшего интереса. Не повернувшись к ним и не вынув трубки изо рта, он сказал:
– Вибеке Амдал живет на Таможенной улице, ей пятьдесят девять, она вдова пивовара. Не помнит, чтобы видела
Розанну Макгроу еще где-либо, кроме фотоснимка, который сделала на острове Риддархольмен. Карин Ларссон сбежала с судна в Роттердаме. Но полиция сообщает, что там ее уже нет, она, очевидно, уплыла на каком-то другом судне с фальшивыми документами.
– Как иностранка, естественно, – сказал Колльберг. –
Мы найдем ее не раньше, чем через год. Или через пять лет.
И все равно она ничего нам не скажет. Кафка еще но ответил?
– Нет.
Мартин Бек спустился на нижний этаж и позвонил в
Муталу.
– Да, – спокойно сказал Ольберг. – Это единственная возможность. Но где ты найдешь эту девушку?
– Рассчитываю на какую-нибудь коллегу. Например, у вас.
– Нет. У нас такой нет.
Мартин Бек положил трубку. Телефон зазвонил. Это был один из тайных агентов с участка в округе Клара.
– Мы сделали точно так, как ты хотел.
– Ну и..?
– Парень выглядит самоуверенно, но ясно, что он насторожился. Напряжен, оглядывается и часто останавливается. Теперь уже будет трудно за ним следить так, чтобы он не заметил.
– Он мог обнаружить кого-либо из вас?
– Нет. Нас было трое, мы не ходили за ним, стояли месте и ждали, пока он пройдет. Кроме того, мы в этом деле специалисты. Он нас не обнаружит. Мы можем для тебя еще что-то сделать?
– Пока не нужно.
Следующий звонок был из округа Адольф-Фредерик.
– Это Хансон из пятого. Я наблюдал за ним на Броваллгатан утром и сейчас, когда он шел домой.
– Как он себя вел?
– Спокойно, но у меня такое впечатление, что он настороже.
– Он ничего не заметил?
– У него не было никаких шансов. Утром я сидел в автомобиле, а вечером везде толпы народу. Я только раз приблизился к нему, у газетного киоска на
Санкт-Эриксплан, стоял в очереди за два человека от него.
– Что он покупал?
– Газеты.
– Какие?