Параллельно пишу сообщение Вике.
— Мы же хотели два дня провести вдвоём? — возмущается он. Но я-то знаю, что мы потрахались, а значит, ему сейчас, по сути, от меня ничего не нужно. Он уже получил всё что хотел, и пусть сидит довольный, а мне надо к Вике. Думаю, Сашка меня отпустит, даже рад будет спихнуть, избавиться, так сказать. Такие они, мужики: только о себе и думают и нам, девочкам, надо этим пользоваться.
— Ну, Саш, а что нам тут делать целых два дня? — Я оглядываюсь по сторонам. Миленькое местечко, отличный ремонт, отделанный камнем камин, но два дня взаперти сидеть я не хочу.
— А что ты обычно делаешь дома?
Действительно, тут нечего добавить и отнять.
— Но я же обещала Вике встретиться, — говорю. — Я ей уже эсэмэску отправила — что скоро буду.
Мне так неудобно перед Сашкой, но я уже скучаю по Викуле. В конце концов, не станет же он держать меня тут силой. А захочет ещё раз трахнуть… Но он не захочет ближайшие пару часов, я его знаю.
Мне приходит эсэмэс от Вики:
«Отлично, жду».
Но Сашка идёт на принцип — он иногда такой упёртый! Прям бесит, если честно.
— Два дня вдвоём, мы говорили об этом ещё в феврале. Ты с Викой тогда ещё и не познакомилась.
— Зна-а-аю. Ну прости меня, Бубочка. — Я складываю губки уточкой и сюсюскаю с ним.
«Сашка, ну признай: ты меня трахнул, ты получил, что хотел, теперь отпускай меня уже!»
— Но дача два дня в нашем распоряжении… Я так долго этого ждал! — Ах, вот что его волнует! Он всё организовал, да не понадобилось. Быстро кончил, и всё, теперь нам и заняться-то нечем.
«В города с тобой поиграть или в крокодила? — мысленно улыбаюсь я. — Чего ещё ты от меня хочешь?»
— Так и машина два дня в твоём распоряжении, давай погоняем и Вику с собой прихватим. Ты не против с нами с двумя повисеть?
— Почему же я буду против провести время с двумя красивыми девушками? — ухмыляется Сашка. А меня прям коробит, что он при мне другую девушку красивой назвал. Хотя, признаться, в этом наши вкусы совпадают.
— Так что, мы покатаемся? — спрашиваю я. — Или бензин дорогой? Можем скинуться.
— Чем ты скидываться собралась? — ухмыляется Сашка. — Деньги тебе мамка даёт, а я работаю уже полгода, на бензин мне хватит.
Это конечно, правда, но мне обидно. Да Сашка и сам видит, что не прав: не обязательно же меня носом тыкать в то, что у меня денег нет.
— Прости, Юлечка, прости. — Он обнимает меня.
— Что думаешь, раз ты сам зарабатываешь, то можно других обижать? — смущённо бормочу я.
Помню, летом искала работу, но не нашла ничего лучше чем маникюрный салон у меня под домом. Похоже, институт институтом, а работать мне придётся обычной парикмахершей или маникюрщицей. А куда ещё с моими-то талантами? Только стирать, готовить, убирать да детей рожать. И когда я буду успевать краситься?
— Ладно, — говорит Сашка, — покатаю вас на машинке.
— А за руль пустишь?
— Тебя пущу.
— У Вики права есть…
— За городом — может быть. Слушай, если вы эту машину мне разобьёте, что я потом отцу скажу?
«Что скажешь, что скажешь… Рад будешь, что сам живой и что девчонок не угробил (не дай Бог, конечно!)» Но я не представляю, как машину можно разбить, а самому остаться целым. Там как минимум от удара будет сотрясение.
«Вика, мы уже едем», — пишу ей эсэмэс.