— Вот почему вы такие сильные, а? — пожаловался тот, возвращая меч к первоначальному виду, влив еще больше магии в структуру. Он провел резкий удар слева-направо, когда противник вновь поднял посох.
Можно назвать произошедшее удачей или мастерством фехтования, но Реннет и сам не ожидал, что сможет перерубить одну из рук этого демона.
Посох упал вместе с кистью, а противник у удивленным выражением поднес к глазам обрубок.
К тому моменту Конклав убрал дымное облако, мешающее их обзору. Подстреленный Тишиной только-только начал подниматься, а второй лишился руки и своего драгоценного боевого посоха. Видя, что в ближнем бою они проигрывают, Аристерия распорядилась разнести врага в пыль объединенными усилиями.
— Реннет, тут нам не выжить! — предупредила лучница, наблюдая ухудшающееся положение.
Быстро оглянувшись, Реннет начал отступать.
— Не успеешь, гаденыш! — мстительно улыбнулась глава Конклава Стужи. Вместе с оставшимися соратниками она раздула бурю, расползающуюся по всем направлениям в мгновение ока. И те двое их товарищей, что оказались на пути этой бури, успели только завопить на прощание. Обоих разорвало на мельчайшие частицы.
Заклинание напоминало Белый Лед одной знакомой Реннету чародейки, однако мощь была усилена стократно. Они попросту не успевали уйти из-под удара магической стихии.
— Надеюсь потом услышать благодарность! — произнес Реннет, а затем столкнул бежавшую впереди чародейку и прикрыл собой. Попутно с этим он творил Черное Зазеркалье, прекрасно понимая, что оно не спасет их от смертоносной бури.
Черный блестящий щит накрыл их обоих. Тишина, погребенная под ренегатом, взмолилась о помощи Хозяйке. Она слышала, как трещат защитные чары под напором бури. Почти в ту же секунду послышался сдавленный вскрик. Что-то горячее закапало ей на руки, а потом все неприкрытые части тела начало терзать мелкими острыми лезвиями, вызывая неимоверную боль. Со следующим вздохом их перенесло в зал, где до сих пор оставались Армель и Бертси.
Женщина пришла в себя быстро. Боль способствовала этому. Попытавшись подняться, она осознала, что тело парня ренегата все еще придавливает ее к полу.
Повернувшись, она увидела изуродованное до неузнаваемости лицо. Лоб, брови, рот и нос — все будто кромсали не жалея сил, а один глаз вообще был закрыт и из-под века сочилась кровь. Застывшее на этом лице выражение говорило о мучительной боли.
Медленно приподняв израненное тело, Тишина вместе с подбежавшим священником и стражником уложили его на пол. Он все еще был жив, но не мог говорить. Вероятно, из-за болевого шока.
— Что у вас там приключилось? — спросил Армель. Он торопливо вознес молитву Защитнику, и в очередной раз потерпел неудачу. Каменный пол под Реннетом быстро заливало кровью.
На первый взгляд, раны не казались глубокими, жизненно-важные органы и крупные артерии задеты не были. Однако повреждений оказалось столько, что кровь вытекала из тела за считанные минуты.
Сама чародейка отделалась несколькими порезами, потому больше всего сейчас переживала о состоянии парня. Она и не ожидала, что он бросится прикрывать ее собой. Для человека, готового пойти на что угодно ради выживания, подобный поступок выглядел невозможным. Безусловно, он высоко оценивал собственную жизнь, и тем не менее…
— Вы сможете ему помочь? — спросила она у Хозяйки, по-прежнему взирающей на них со своего кресла.
— Я… не могу, — изрекла та.
— Как? Вы же Бог? — вскочил на ноги Армель. С самого первого дня пребывания в этом мире, священника удивляла слабость здешних Богов. Казалось, их силы на уровне очень сильного боевого мага Азраннской Империи.
Но та осталась непреклонной и заявила:
— Мы это уже обсуждали с вами, мои действия сейчас сильно ограничены. Я не в силах исцелить вашего друга. Однако…
— Что? — с надеждой вслушались в ее слова охотники.
— …Можно влить в него еще больше магии. Предупреждаю, что риск велик. Либо он сумеет воспользоваться этой силой и спастись, либо усугубит положение и умрет прямо сейчас. Вы его товарищи, и только вам решать, идти на такой риск или нет.
Они быстро переглянулись между собой. Тишина высказалась первой:
— Плевать, пусть буду выглядеть эгоисткой, но я за то, чтобы Хозяйка сделала все необходимое. Реннет очень силен и сможет пережить, а вот мы без него не выживем!
Армель скривился, словно у него заболел зуб. Во взгляде молодого мужчины чувствовалось отчаяние. Он высказался против.
— Я не стану возлагать на него очередное бремя. Возможно, существует и другой путь, возможно мы сможем ему помочь, если… — он скосил взгляд в сторону богини, и добавил тише: — Если объединимся с врагом.
— Безумие! — покачал головой Бертси.
— По крайней мере, риск значительно меньше, — не сдался священник.
Времени оставалось все меньше и меньше. Реннет дышал с трудом, а сердце билось слабее. Совсем близко слышался грохот. Видимо Конклав стужи врывался в твердыню. Так как мнения резко разошлись, окончательное решение принял один человек.