Трещины не обошли и самого Реннета. Казалось бы, он должен был почувствовать боль, разрывающий и тело, и душу, но вместо этого ощущал лишь мелкое покалывание. Конечно, к нему примешивался страх. Он размышлял о том, что натворил, решив воспользоваться запретной магией в чужом для него мире…
Черные зигзаки прошлись по его руке, ногам, по всему телу. Его будто разрывало, но при всем при этом боли не ощущалось. К необычным явлениям примешались едва различимые голоса. Кто-то сказал: «Так не должно быть!», а еще «Неконтролируемый процесс!», после чего все стихло, и сознание парня полетело во тьму.
Пришел в себя Реннет уже на полу, неподалеку от Армеля. Однако то была уже не таверна Точки Перемещения. Небольшой круглый зал с высоченным сводом, сужающимся к вершине. Неизвестно как, но рядом с ними двоими оказались еще Тишина, Бертси и Ладан. Вероятно, их всех снова куда-то перенесли.
Строить догадки не пришлось, так как она находилась прямо перед ними. В изящном кресле с высоченной узорчатой спинкой восседала женщина. Но ничего общего с Хозяйкой она не имела. Иссиня-черные волосы спадали на полуобнаженную грудь, а болезненно-бледный оттенок кожи придавал некую таинственность ее облику.
Впрочем, вместо восторга Реннет испытал смущение. Дело в том, что на ней не было ничего, кроме легкой зеленой туники, и едва прикрытые бедра буквально притягивали взгляд. Прошло достаточно много времени, прежде чем он обрел голос.
— Вы…
— Хозяйка Облачных Скакунов и точек перемещения, разрывающая время и пространство! — спокойным и ровным тоном сообщила та. — Удивительно, но ты первый, кому удалось догадаться о моей истинной сути. Все те облики, что жители этого мира видят на точках перемещения — это живые иллюзии. Они способны разговаривать, отвечать на простые вопросы, и даже защищаться в случае нападения, но тем не менее они не более чем куклы. И мне очень любопытно, каким образом ты сумел понять, что они ненастоящие?
Пока остальные члены отряда приходили в себя и осознавали, что вокруг происходит, Реннет вел беседу:
— Все достаточно сложно. Их ауры слишком слабы, чтобы принадлежать Богине, и слабы для выполнения перемещения сквозь пространство и время. Можно конечно предположить, что одна сущность каким-то образом разделила себя на несколько тел, но на такое необходимо иметь колоссальные запасы магии. К тому же, разделение сделало бы сущность более уязвимым для врагов и перемещение сквозь пространство-время осталось бы под вопросом.
— Все перечисленное легко оспорить. Мне кажется, или есть что-то еще?
— Конечно, интуиция подсказала мне, — ответил он.
— Как тебя понимать?
— Прожив в поганой Яме два года я научился различать иллюзии. Собственно, поэтому мне и сама реальность иногда кажется иллюзией.
Богиня сузила прекрасные агатовые глаза, словно заподозрив неладное. И лишь спустя минуту продолжила:
— Яма? Что это? Какое-то особое место?
— Мне казалось, все боги слышали о ней, — ответил вопросом на вопрос Реннет.
Та качнула волосами, склонив голову набок.
— Возможно слышала, но наверняка под другим названием. Опиши-ка мне ее?
— …Что здесь происходит? — оглядывалась по сторонам Тишина. — Реннет, где мы?
Альмер оглянулся на беседовавших парня и полуголую Богиню, а потом прошептал чародейке:
— Как я понял, у настоящей Хозяйки Облачных Скакунов. Но мне очень интересно, почему она выглядит как человек, а не демон, алевард и тем более адрисс?
На самом деле, не одному священнику так показалось. Реннет тоже испытал некоторое удивление. Тот мерзкий божок Гаррида был похож на адрисса, а Аристерия на демона из северных. Хотя последние и походили на людей, имелись мелкие отличия. К примеру, у демонов кожа выглядит чересчур гладкой, без мелких мимических морщин, вздувающихся вен и видимых кровеносных сосудов. А эта женщина действительно больше походила на человека, за исключением колоссального количества магии, достойной Бога.
Тем временем, ренегат заканчивал короткий пересказ того, что из себя представляет Яма, куда угодил после смерти. Подытожил он это следующими словами:
— В Яме даже Богам не выжить.
— Но как удалось тебе? — не без подозрения спросила Хозяйка.
— С трудом, — признался Реннет.
— Как?
На сей раз ответом послужило молчание. Тишина и Армель переглянулись между собой. Ни от одной из личностей парня она так и не услышала историю чудесного воскрешения. Он всегда старательно избегать этой темы. Так случилось и сегодня.
— Я не помню, — заявил он.
— Ты лжешь, — констатировала Богиня. — Прекрасно помнишь, однако говорить не хочешь, и похоже не станешь. Из перечисленного следует, что это нечто очень скверное.