- Этот Лотлориэн очень далеко? – спросила я, зевая и потягиваясь.
- Относительно. Через два дня пути, мы доберёмся до Лихолесья, там мы пересечем его по эльфийской дороге до реки Андуин. Это около трёхсот миль. Дальше будем продвигаться вниз по течению реки, которая приведёт нас прямиком к владениям Галадриэль. Это ещё миль четыреста. Пешком бы нам потребовалось дней сорок, а то и пятьдесят. Но мы будем верхом, так что думаю, путь займёт не более трёх недель.
- Три недели? – у меня как-то сами собой опустились руки, вытянулось лицо и вытаращились глаза. – Так долго?
Почему-то вспомнились скачки на варгах, холодные пещеры, тошнота и кролики.
- Мы будем делать привалы, - решил уточнить Балин.
- Уверена, что идея делать привалы принадлежала далеко не Трандуилу. Он вроде готов даже не завтракать, - я зло покосилась на короля эльфов, который уже вскочил на своего оленя и в нетерпении объезжал стоянку.
Я заметила, бегущего к нам Бомбура. К груди он прижимал свою наплечную сумку, явно потяжелевшую и распухшую.
- Вот, - отдышавшись, сказал гном и, улыбаясь от уха до уха, показал содержимое своего мешка, - эльфы поделились. Сказали, это на первую неделю всем.
Мешок был набит лембасами. Фили фыркнул, Кили взял один лембас, покрутил и положил обратно в мешок, Двалин обречённо уставился на листья:
- Ну что ж, канапе – так канапе, - и гном похлопал довольного Бомбура по плечу.
Тут Двалин вдруг распростёр руки и двинулся в вперёд. Мы все посмотрели в ту сторону и увидели гнома в доспехах и шлеме, сидящего на несчастном пони, который под грузом мешков и сумок еле передвигал ноги.
- Гимли! – прогремел Двалин.
- Двалин! – прогремел, но немного тише, тот, кого звали Гимли.
Гномы обнялись, ударились лбами, проделали какие-то замысловатые гимнастические движения и, положив руки друг другу на плечи, направились в нашу сторону.
- Гимли! – другие радостно похлопали рыжебородого гнома по плечам, спине и голове.
- Привет, Гимли, - улыбнулась я гному, у которого от бурных приветствий шлем съехал на глаза. Я протянула руки и поправила ему шлем. – Я Алдариель. Двалин рассказывал о тебе.
Гимли подтянулся и погладил свою густую рыжую бороду.
- О, ты уже слышала о моих подвигах и битвах?
- Э…Двалин не очень много мне рассказал, в основном это касалось победоносных криков, способных обратить в бегство толпище орков, - уверенно сказала я, подмигнув Двалину.
Двалин почти незаметно облегчённо выдохнул.
Гимли посмотрел на Двалина удивлённым взглядом. Потом приосанился и, стукнув себя в грудь, произнёс:
- Я Гимли, сын Глоина, Хранитель Локона Галадриэль, - гном почтительно склонил голову.
- Ух ты! – выдохнула я. – А мы как раз к ней и собираемся.
- Именно поэтому Торин позвал меня, - гордо сказал Гимли, - Галадриэль подарила мне три своих волоса, - при этих словах Гимли покраснел и смутился, но в глазах я увидела безмерную любовь и восхищение. И Гимли кратко рассказал мне о том, как попал в Лотлориэн. Он был безмерно горд тем, что оказался первым гномом, которому было разрешено войти в Карас Галадон, город Деревьев.
Гномы отправились к Торину, чтобы тот распределил пожитки и объяснил стратегию. Я умывалась из фляги с водой, которую мне дал Гимли, вспоминая не без сожаления чудесное озеро в покоях дворца Трандуила со всякими маслами и притирками. Умыв лицо, я развязала тесёмки рубашки, чтобы ополоснуть шею, но почувствовала тяжёлый взгляд на себе.
- Алдариель, - произнёс голос откуда-то из облаков. Я подняла голову и встретилась с глазами оленя. Какие умные глазки, - подумала я и улыбнулась Потом выше я заметила глаза Трандуила. И улыбка моя дёрнулась и скривилась.
- Принесла нелёгкая, - тихо сказала я себе под нос, быстро завязывая тесёмки на груди, и уже громче добавила, - Доброе утро! Чем заслужила столь ранний визит?
Трандуил чуть нагнулся и протянул мне свёрток.
- Что это?
- Одежда и обувь, - спокойно ответил король эльфов.