Вскоре в столовую вошла мадам Маршалл. Это была высокая стройная женщина лет тридцати с черными, скромно уложенными волосами. Ее серые глаза смотрели внимательно и благожелательно. Тонкие брови вопросительно изогнулись.
— Я не вовремя? — спросила она, — прошу прощения.
— Вы всегда вовремя, сударыня, — улыбнулась Кристина так, что на ее щеках появились очаровательные ямочки, — прошу вас, присаживайтесь.
— Благодарю, — мадам Маршалл неторопливо огляделась, — добрый день, господа, месье и мадам Леруа, и…
— Да! — вспомнил хозяин, очнувшись, — мадемуазель Валентина Лефевр. Мадемуазель, это мадам Элен Маршалл.
— Рада познакомиться, мадемуазель, — кивнула головой Элен на приветствие Валентины.
Она оглядела стол и пройдя на свободное место, села. Это место оказалось как раз рядом с ее новой знакомой.
— Мы здесь общаемся по-соседски просто, — улыбаясь, заметила мадам Маршалл, — это я говорю на случай, если вы удивлены.
— О нет, я не удивлена, мадам, — ответила девушка.
— В самом деле. После знакомства с семейством милейшего майора как-то перестаешь удивляться чему бы то ни было. Во всяком случае, ко мне это точно относится.
— М-м-м… да, — выдавила Валентина, которой уже в который раз потянуло рассмеяться.
И этому способствовало уже не семейство милейшего майора.
Анриетта, сидящая напротив, приподняла брови, как бы осведомляясь, как все это нравится кузине. Валентина закусила губу.
В это время Ортанс, находящаяся от нее слева, зашептала ей на ухо:
— Папочка безумно боится нашу новую гостью, вы заметили? И знаете, почему? Он считает, что она хочет женить его на себе, а для папочки это острый нож в печень.
— Господи, — простонала гостья, — почему в печень?
— Он всегда говорил, что это очень болезненно.
Губы Валентины предательски дрогнули.
— А она хочет? Мадам Маршалл? Она хочет женить его на себе?
— Думаю, нет. Кому в здравом уме придет такое в голову?
И Ортанс захихикала. Ее соседка прилагала поистине героические усилия, чтобы не захохотать.
— Собственно говоря, мы были бы только рады этому обстоятельству. Уж мадам Маршалл выдрессировала бы папочку на совесть. Он бы ходил у нее по струнке, можете мне поверить.
Валентина поверила безоговорочно. Ее плечи тряслись от беззвучного смеха.
Элен, должно быть, не заметив состояния девушки, а может быть, как раз заметив, спросила:
— Вы родственница семьи Фолье, мадемуазель? Хотя нет, не думаю, что это так. Ах да, понимаю, вы родственница мадам Леруа. Вы немного похожи.
— Д-да, мадам, — слегка запинаясь, признала Валентина, — я ее кузина.
"Боже, я сейчас умру от смеха", — подумала она про себя.
Элен терпеливо переждала, пока приступ смеха девушки пройдет и задала новый вопрос:
— Надолго к нам, мадемуазель Лефевр?
— Месяца на два-три, — сообщила та, — а может быть, дольше, не знаю. Мне здесь нравится.