— Еще как, — торжествующе хмыкнула Элен.
— Я много пропустил, — съязвил тот вполголоса, — значит, в шахматы. Что ж. Это даже интересно.
— Я не буду играть, — запротестовала Валентина, — я плохо играю в шахматы.
— Не скромничайте, — смеялась коварная Элен, — кто постоянно обыгрывает месье Леруа?
— А разве месье Леруа не женат? — задел странный вопрос Рэдклифф.
— Причем тут это? — изумилась сестра, — кто сказал, что женатым людям запрещается играть в шахматы?
— Месье Леруа — мой родственник, — холодно пояснила Валентина, прекрасно поняв, что он имеет в виду.
— Ах, вот в чем дело. Тогда мне все ясно.
— Так вы будете играть или нет? — Элен начинала терять терпение.
Девушка махнула рукой.
— Хорошо, — сдалась она, — буду.
Шахматная доска появилась, как по мановению волшебной палочки. Расставили фигуры, первый ход белыми достался Валентине. Она не стала мудрствовать и походила Е2 — Е4.
Элен с интересом наблюдала за этим действием. Ее немного забавляли сосредоточенные лица противников и то, какими взглядами те смотрели на доску, словно ничего более важного на свете не существует. Валентина кусала нижнюю губу, Рэдклифф барабанил пальцами по столешнице. А самое интересное было в том, что, как определила Элен, противники были примерно равны. Во всяком случае, ее брат очень скоро перестал скептически хмыкать и усмехаться, а также думать, что победа окажется легкой.
— Ну как? — не выдержала Элен.
— Не мешай, — буркнул ее брат.
— Тина, что вы думаете?
— Что вы сказали? — отозвалась та после продолжительной паузы.
Элен дернула бровями и откинулась на спинку стула. Несколько минут они сидели в полной тишине, а потом Валентина передвинула одну из фигур и сказала:
— Шах.
— О-о, — Элен подалась вперед.
— Тоже мне, новость, — фыркнул Рэдклифф, передвигая своего короля.
В это время Томми, который посчитал, что о нем незаслуженно забыли, тихо ввинтился в комнату и забрался в кресло с ногами. Этого, впрочем, никто не заметил, так как взрослые смотрели на доску и, разумеется, ничего не слышали. Тогда мальчик решил привлечь их внимание более радикально. Способ для этого он избрал не столь уж оригинальный, но весьма оглушительный, выстрелив из двух пистолетов сразу.
Нужно сказать, что эффект был потрясающим. Валентина подпрыгнула, едва не опрокинув доску, Элен почти слетела с кресла, даже Рэдклифф и тот сильно вздрогнул.
— Ты подарил ему патроны, — простонала Элен, сжимая виски пальцами.
— Ничего я ему не дарил, — отрекся тот от обвинения.
— Я подарила ему патроны, — пояснила Валентина, — то есть, это не патроны, а пистоны. Они так называются. Мне продавец сказал.
— Наверное, я должна сказать вам спасибо, Тина, — тяжело вздохнула Элен, — я очень рада узнать, что они так называются. Томми, немедленно иди на улицу и стреляй там, сколько твоей душе угодно. Но только не здесь.
Довольный Томми умчался прежде, чем хлопнула дверь.
— Шах, — сказала Валентина, вернувшись к игре.
— И что? — раздраженно отозвался Рэдклифф, — вы вообразили себя гением шахматной мысли?