Мне не жаль...(СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

С серого, изжелта больного неба срывалось что-то, отдалённо напоминающее снег. Сухие, колкие крупинки с печальным стуком сыпались в стёкла, а поднявшийся ветер гнул деревья в парке за домом. Натали, укутавшись в шаль цвета опавшей листвы, неспешно шла вдоль ряда высоких окон, сегодня чувствуя себя как никогда усталой и разбитой. О приезде цесаревича ей не доложили, и графиня направлялась к облюбованному месту — диванчику, стоявшему прямо в конце галереи, утопавшему в густой зелени пышных фикусов в кадках. Когда совсем похолодает, их уберут в зимний сад, а сейчас они маслянисто поблескивали листьями, приглашая разделить своё одиночество.

Невесомо вздохнув, Натали опустилась на диван и обратила свой взгляд в окно, глядя, как по стылой земле перекатывается позёмка. Движение в конце коридора поначалу не привлекло внимания — мало ли, кто из слуг решил сократить путь или поинтересоваться, не нужно ли что хозяйке. Но, чем ближе, тем тревожнее становилось на душе. В конце концов игнорировать нежданного посетителя стало совершенно невозможно, и Натали обернулась, резко впиваясь пальцами в обивку — в полумраке тускло блеснули знакомые эполеты. Она открыла рот, дабы произнести хоть слово, но сердце так больно забилось, что даже дышать стало тяжело. Только и оставалось, что наблюдать за тем, как он становится ближе, как блестят его глаза, как на губах расцветает улыбка. Едва найдя в себе силы, Натали поднялась и протянула руки, переплетая их пальцы, ныряя в его объятия, обнимая, дыша им и не в силах надышаться.

Александр тоже молчал, не находя слов. Просто гладил по спине, зарываясь носом в волосы, прикрыв глаза, наслаждаясь каждым мгновением и не забывая о том, что скоро вновь придёт пора расстаться. А Натали зажмурилась так крепко, что перед глазами полыхнуло багряно-красным, стиснула зубы, лишь бы не разрыдаться. Её сердце, её душа, её мир сейчас были здесь, перед ней, обнимая её. И, судя по прерывистому дыханию и тому, как гулко и стремительно колотилось чужое сердце, Александр полностью разделял её чувства.

Наконец он нехотя отодвинул Натали от себя, беря её лицо в ладони, осторожно целуя. И только спустя минуту, оторвавшись от её губ, хрипло прошептал:

— Я слышал новость, что сделала меня счастливейшим из людей.

— Саша, я…

— Не говори ничего. Просто знай, что я рядом, даже если ты меня не видишь. Всегда рядом.

Он снова поцеловал её, и Натали малодушно позволила себе насладиться последними крупицами счастья перед тем, как всё закончится. Она зарывалась в его волосы руками, притягивая к себе, не желая отпускать ни на секунду, целуя так жадно, словно надеялась нацеловаться впрок. Надышаться, набраться счастьем, чтобы потом по крохам доставать из шкатулки воспоминаний и пытаться поймать отголоски прошлого.

— Ты получила мои письма?

Натали сама не поняла, когда они успели сесть на диван, и теперь её голова покоилась на его плече.

— Да, они прекрасны. — Реальность начала напоминать о себе, выдёргивая из сладкой сказки.

— А ты? Ты писала мне?

«Каждый день!» — хотелось крикнуть, но она не могла. Решение, принятое за неё, лишало права говорить правду. Натали медленно выпрямилась и заговорила, глядя прямо перед собой:

— Я должна сказать тебе одну вещь. Не думаю, что тебе будет приятно её услышать, поэтому…

— Ты пугаешь меня. — Александр коснулся её плеча, но Натали сбросила его руку, дёрнулась, поднимаясь.

— Это не твой ребёнок, Саша, — ровно, медленно произнесла она, не сводя глаз с окна. — Я вышла замуж, это ребёнок мужа. Не твой.

Некоторое время за её спиной было тихо, или это кровь шумела в ушах так сильно, что заглушала все звуки? Наконец раздался шорох — Александр поднялся, встал за её спиной и тихо сказал:

— Ты лжёшь. И я догадываюсь, почему. Это из-за Мари? — Его ладони легли на её плечи, разворачивая, заставляя поднять на него мокрое от слёз лицо. — Это она, — вздохнул он. — Наташа, глупая моя, храбрая моя, — он порывисто прижал её к себе, шепча: — Ты правда решила, что я поверю? Что смогу поверить в то, что ты забыла меня так быстро? Что не увижу, как ты выдираешь из себя эти слова, обливаясь кровью?

— Саша, я… — голос почти не слушался Натали, она почти была готова уступить, к тому же, она сделала всё, что от неё просила принцесса. Лгать дальше не имело смысла. И не было сил.

— Почему ты решилась на этот обман? — Александр крепко обнимал её, не давая поднять глаза. И отчего-то говорить так, прижавшись к его груди, слушая заполошный стук сердца, было проще.

— Сколько, ты думаешь, это сможет продолжаться? И сколько боли мы ещё причиним принцессе?

«И графу», — мысленно добавила она про себя.

— Я не знаю, как жить без тебя, как жить рядом с тобой, но без тебя. Но я научусь. Со временем покину Петербург, останусь воспоминанием.

— Ты никогда не останешься лишь воспоминанием, — прошептал Александр дрожащим голосом. — Ты навсегда поселилась в моём сердце, заняла часть его. Навсегда.

— Неужели мы действительно прощаемся? — Натали вдруг встрепенулась, подняла испуганные глаза. Александр грустно улыбнулся и осторожно поцеловал её в лоб.

— Разве мы можем попрощаться навсегда, Натали? — На миг он стал тем цесаревичем, что когда-то был лишь другом в её глазах. Знакомые нотки проскользнули в голосе, обдав холодом и пониманием — это действительно происходит — они расстаются навсегда. Конечно, они будут видеться на приёмах и балах, но никогда больше не смогут держать друг друга в объятиях, стоять, как сейчас, дыша прерывисто, давясь слезами.

— Ты сильнее меня, гораздо сильнее, — заговорил Александр, спустя несколько минут. — Я не могу заставить себя просто разжать руки, чтобы отпустить тебя. А ты готова уйти, лишь бы другим было счастье…

— Я была счастлива более, чем достаточно. — Натали вновь подняла на него глаза, улыбнулась. — Ты дал мне столько счастья, что воспоминаний о нём хватит на всю оставшуюся жизнь. Каждое мгновение, проведённое рядом с тобой — такое чистое, яркое счастье… Теперь я знаю, что так действительно бывает. Что такая любовь — настоящая, живая. И я ни о чём не жалею. Но за каждое счастье надо платить.

— Несправедливо, — выдохнул Александр, вновь прижимая её к себе, мягко покачивая в кольце рук. — Я мог бы быть твоим мужем, и сейчас ты носила бы моего первенца. И больше никаких условностей и условий, только ты и я. Мечты… А настоящее — вот оно — мы должны расстаться, потому что так надо. Кому-то, кто придумал эти правила задолго до нашего появления. Надо расстаться невзирая на то, что мы любим друг друга. Что столько уже пережили, а теперь…

— Поцелуй меня, — прошептала Натали, и он тут же исполнил эту просьбу, сначала нежно, ласково, но с каждым движением губ углубляя поцелуй, делая его жарким, жадным.