Он скрипит зубами.
— Нет, нам нужно двигаться прежде, чем…
На лесной тропинке позади нас раздаются крики и выбегают Винсент, Жермен, Рубин и еще один парень с другой лодки. Они едва бросают в нашу сторону вгзляды, устремляясь к спиральному каменному зданию в тридцати футах от нас.
— Василиски! — кричит Рубин, и вдруг земля сотрясается и воздух сотрясает ужасающий рев.
Лют хватает Сэма за руку и перекидывает ее через плечо, чтобы поднять его. Сэм кричит, но он не останавливается — только покрепче прижимает Сэма к себе и начинает бежать, когда мы направляемся вслед за остальными.
Каменное здание перед глазами больше напоминает мавзолей, чем спираль, и, когда мы скачем к единственному видимому в нем проему, я замечаю, что надпись на нем в том же стиле, что и на палатке. Но я, должно быть, устала, потому что мой мозг перетасовывает буквы и читает «Столовая для мертвых», что на древнем языке означало бы, что либо войти могут только мертвые, либо намеренно заперто внутри этого места.
У меня нет времени думать об этом, потому что василиск размером с чертова кита прорывается сквозь деревья. Его толстое тело змеится по земле, извиваясь в грязи быстрее, чем мы можем бежать, когда его морда с клювом бросается на нас.
Лют втолкнул Сэма и меня внутрь как раз перед тем, как Рубин захлопнул за нами дверь, а василиск издал еще один пронзительный рев, который эхом разнесся по помещению, заставив задрожать несколько фонарей.
Снаружи щелкает дверной замок.
— Из всего…
— Эта штука появилась из ниоткуда!
— Трое из парней исчезли как раз перед тем, как он их схватил — вы это видели?
Дрожа, я игнорирую Жермена и Рубина и проверяю, вошли ли Берилл и Селени. Затем смотрю на Люта, который рассматривает комнату, в которой мы только что заперлись.
Только это не комната. Это круглая пещера, высеченная из белого камня, со склепами по кругу.
Лют подносит палец ко рту и медленно поворачивается к нам лицом. Жермен молчит. Я слышу, как Рубин сглатывает.
Это не подземное убежище. Это катакомбы древних рыцарей и надпись над дверью снаружи была предупреждением.
Мы действительно вошли в столовую мертвых.
Глава 19
Каждое наше движение отзывается слишком громким эхом. Слишком навязчивым. Стоны Сэма отскакивают от стен, рубашка пропитывается потом. Он пытается спрятать стон в рукаве, но это делает звук его боли еще более мучительным.
Я поворачиваюсь, чтобы подставить плечо под его вторую руку, чтобы уменьшить вес на его лодыжку, и уже собираюсь помочь Люту вести его, когда замечаю, что на нас смотрит Винсент.
Он разглядывает мои волосы, лицо и одежду мертвеца. Любой намек на смущение и стыд на лице Винсента за его поведение прошлой ночью быстро сменяется искривленными губами и вспышкой подозрения, направленной на Люта прежде, чем его глаза снова встречаются с моими.
— Мисс Теллур.
Я смотрю на Селени и Берилла — грудь последнего теперь покрыта кровью из носа — и Винсент прослеживает мой взгляд достаточно долго, чтобы издать резкое фырканье.
Сэм снова стонет и Жермен шипит:
— Кто-нибудь заткните его, пожалуйста?
Мы с Лютом еще сильнее выпрямляемся, прежде чем Лют указывает на единственный свободный выход из усыпальницы. Узкое отверстие, ведущее в темноту. Я вздрагиваю, когда Селени шепчет:
— Берилл, я не хочу этого делать.
Чтобы он ни сказал, чтобы успокоить ее, это останется между ними, но Винсент снова смотрит на меня и поджимает губы прежде, чем кивнуть Жермену и Рубину.
— Давайте проверим комнату, — затем бормочет в мою сторону. — Мы обсудим это позже.
Я поднимаю бровь. О, конечно, обсудим.