— Это комплимент! Посмотри на себя, ты даже волосы отрезала. Ради всего святого, что ты здесь делаешь?
— В Лабиринте? Доказываю, что могу пройти его.
— Именно, — он поворачивает голову в мою сторону. — Неукротимая. Так бы тебя назвала моя мама.
Я бросаю в него травинкой.
— Возникает ассоциация с океаном с непрекращающимся штормом, в котором водятся сирены.
На его лице появляется улыбка.
— Можешь предположить, почему я так его люблю?
Я замираю.
Он опускает взгляд и смотрит на озеро.
Через мгновение он прочищает горло, голос его звучит неровно, сухо.
— Так ты не будешь возражать, если на днях я накажу мистера Кинга еще одним крепким ударом?
Тепло разливается по моей груди и животу.
— Конечно. Возможно, я помогу тебе в этом.
На мгновение лицо его озаряет улыбкой, но вскоре выражение лица становится серьезным. Он наклоняет голову и встречается со мной взглядом. Было в его манере что-то дикое, решительное, непоколебимое.
— Прости меня, Рен.
По неизвестным мне причинам, в горле появляется ком. Будто он прикладывает мягкий, заживляющий бальзам на раны, о которых я уже успела забыть. Я хлопаю ресницами и перевожу взгляд на озеро, затем на потухший огонь и палатку.
Палатка и эти слова.
Чего ты хочешь?
Я хочу, чтобы мама выжила.
Я хочу получить право на достойное обучение.
Я хочу быть женщиной-ученым.
Я хочу быть творцом своего счастья.
Я хочу…
Я смотрю на Люта, лежащего пластом на земле. Руки его под головой, он смотрит на звезды. Тепло вспыхивает и обвивает, проникая в мою кровь и посылая тепло по венам к коже. Я мягко наклоняюсь и целую Люта в щеку. Он замирает. Отклонившись назад, я пытаюсь уловить его реакцию. Он выглядит удивленным.
Мгновение спустя его взгляд падает на мои губы. Как покрытое туманом болото на еще не проснувшейся земле тяжелеет его взгляд. Я изучаю его губы, они действительно анатомически прекрасны.
Затем он подносит руку к моему лбу и убирает в сторону челку. По телу проходит электричество, смешанное со спокойствием. Как дикий огонь, бегущий по тихому морю.
Он проводит пальцами по моей щеке и кладет руку на подбородок. Теперь мы оба дрожим. А затем я касаюсь его губ своими, он отвечает на поцелуй, и это самое приятное ощущение, которое я когда-либо испытывала. Будто поднимается ветерок, и по телу бегут мурашки, мне тепло и уютно.
Я запускаю руки в его волосы, провожу по его лицу, пока не добираюсь до его шеи. Чувствую его пульс, похожий на утренние приливы. Мое сердцебиение такое же сильное. Еще минута, и я отстраняюсь. Кажется, что удары настолько сильные, что слышны в палатке.
Я краснею, что служит причиной его улыбки с ямочками на щеках. А мне хочется рассказать ему, что происходит с телом человека после смерти, но крик поднимается со стороны острова.
Лют привстает, я, надеясь на объятие, поспешно сажусь рядом.