– Все в порядке. Может, если бы ты позволил Стейси ходить с тобой…
Я знал, что был ужасным бойфрендом, раз не позволял Стейси помогать мне. Но мне нравилось проводить это время с Макеллан.
– Так или иначе, – Она сидела прямо, – Сегодня на обеде все было очень эпично. Кит был типа «Я хотеть есть, я ненавидеть еду в столовой, я заслуживать лучшего!».
Каждый раз, когда Макеллан изображала Кита, она притворялась неандертальцем, что, возможно, было недалеко от правды. Она горбилась и опускала подбородок.
– И Эмили такая «О мой Бог! Ты слишком привередлив для того, кто думает, что пицца – овощ!».
И каждый раз, когда она изображала Эмили – или любую девушку, на самом деле – она делала женский акцент долины, закручивала волосы и делала огромные глаза.
Это было невероятно забавно и выглядело наиглупейшей школьной сценкой. Это было лучше, чем на самом деле быть дам.
– Ты такая плохая девочка, – Дразнился я.
– Эй, я просто говорю как они.
– Что еще сегодня было? – Спросил я. Я возвращался в школу в понедельник и, хотя я не жаждал этого, я знал, что для меня будет хорошо вернуться к привычной жизни.
Я не мог продолжать жить в моем пузыре с Макеллан, как бы сильно я этого не хотел.
Она задумалась.
– Ну, вообще… – Она покусывала губу, как при небольшом беспокойстве, – Ты знаешь Алекса Кертиса? Он закончил школу год назад. Он играл в баскетбольной команде и был очень хорош. Мы виделись летом несколько раз, прежде чем он отправился в Маркет.
– Да, – сказал я резче, чем ожидал. Алекс был хорошим парнем, но я не хотел бы, что бы Макеллан так думала.
– Хорошо, я столкнулась с ним пару дней назад, и мы разговорились, и, хм, наши мамы были подругами.
Я мог сказать, что Макеллан остановилась.
– Так что, он будет недалеко, когда у нас будет бал и он пригласил меня.
Макеллан пойдет на Зимний бал с парнем из колледжа? С парнем из колледжа, с которым у нее, вероятно, есть история? С парнем из колледжа, с которым она говорила пару дней назад и не рассказала мне?
– Круто, – Единственное, что смог придумать я.
Облегчение вспыхнуло на ее лице.
– Да, он очень милый. И я не думала о танцах, когда мы разговаривали, он сам это предложил. Он спросил, с кем я пойду, и, когда я сказала, что мне не с кем, он… – Ее щеки покраснели, – Он сказал, что это ужасное преступление, и он должен это исправить.
Она хихикала.
Меня тошнило.
– Он тебе нравится, да? – спросила она.
Думал ли я, что Алекс Кертис хороший парень? Конечно.
Хотел ли я ударить его по лицу прямо сейчас? Безусловно.
Почему я не мог казать ей это? Почему я не мог сказать, что я чувствовал? Почему я борюсь с чем–то, чего мне хочется – нет, чем–то, что мне так сильно нужно?
Но затем я вспомнил, как Макеллан уехала после того, как я признался в своих чувствах. Насколько ей было неловко, когда она вернулась из Ирландии. Как я не хотел отпугивать ее.
Может сейчас все будет иначе?
Я открыл рот, осмеливаясь наконец–то вести себя как мужчина.