– Почему вы так для меня стараетесь?
– Потому что я медсестра, а вам нужна помощь.
Или я просто хочу приносить пользу. Хочу делать что-нибудь нужное, хорошее.
– Обо мне не следует сообщать властям. Я сам о себе позабочусь.
– Как скажете, герр Граф. Мне все равно. Считайте, что вы в больничной палате. Я здесь работаю, а куда вы потом пойдете, меня не касается. Так годится?
– Да. Спасибо, фройляйн. – Он как-то сник, лицо стало землистым.
– Пожалуйста. Вы, наверное, страшно проголодались. Вы ведь ничего не ели?
– Я в кухне не был.
– Да там особенно и есть нечего.
Франка глубоко вздохнула. Она так и не узнала, кто он, но этот разговор подождет. Она достала пузырек с морфием, шприц. Пациент молча смотрел, как шприц наполняется прозрачной жидкостью.
– Это избавит вас от болей. Хватит дня на три, затем придется перейти на аспирин. У вас может закружиться голова, будет тошнить, я принесу на всякий случай ведро. И учтите: следующие несколько дней вы останетесь в постели. Вставать вам незачем.
– Я понимаю.
– Вы не заключенный, – сказала Франка, постукивая по шприцу ногтем. – Я вам не враг. Как только дороги очистятся, вы свободны, а захотите – оставайтесь, пока полностью не поправитесь.
– Спасибо.
– Вот как вас теперь уложить обратно?
– Сюда-то дополз. Смогу и вернуться.
– Как вы в кровать заберетесь? Вы же не сможете подняться.
– Справлюсь.
– Я получше придумала.
Она взялась за спинку кресла и нагнула его назад. Ноги пациента оказались на весу; он поморщился и впился зубами себе в кулак. Франка положила руку ему на плечо.
– Простите. Мне нужно уложить вас в кровать, а потом сделать укол.
– Ерунда. Все нормально.
Взявшись за спинку обеими руками, Франка потащила кресло в спальню. Пистолет так и лежал у больного на коленях, Франка не пыталась его забрать. Двигать кресло оказалось труднее, чем она думала; к счастью, до кровати было недалеко. «Капитан» попытался подняться, но не смог, и Франка, продев руки ему под мышки, помогла перевернуться и лечь. Пистолет он сунул под подушку. Франка не возражала. Пусть видит, что ему доверяют. Он лежал на спине и старался не выказывать боли. Франка, прежде чем сделать укол, принесла ему стакан воды.
– Лекарство подействует минут через двадцать, а завтра я наложу вам гипс. Сейчас принесу поесть, пока вас не затошнило.
Он кивнул. Франка улыбнулась и пошла на кухню. Вернулась, неся тарелку со свежим хлебом и сыром. Он мгновенно все съел и откинулся на подушку.
Шел восьмой час.
– Теперь я вас оставлю, постарайтесь отдохнуть и выспаться. А завтра поговорим.
Тогда уж я буду задавать вопросы.
Он закрыл глаза, погружаясь в блаженное забытье. На лице появилась слабая улыбка.
– Доброй ночи, фройляйн.