– Все в порядке. Я не совершил ничего дурного, поэтому мне не о чем беспокоиться.
Джейми и Стелла без предварительного обсуждения вернулись к своему рабочему графику. Стелла каталогизировала содержимое коробок и погружалась в чтение писем Джесси. Иногда ей было трудно расшифровать почерк, и чернильные завитушки как будто пускались в пляс у нее перед глазами; в других случаях целые пассажи разворачивались легко и свободно, как будто наяву. Было уютно сидеть в большом кресле у окна с головой Табиты на коленях и письмом в руке, и, хотя она ощущала смутное чувство вины, когда думала об Эсме, все еще остававшейся в больничной палате, иногда ей казалось, что она поистине находится дома, на своем месте и в своем времени.
Ее детство было омрачено больничными процедурами и постоянной тревогой. Родители старались, как могли, и у нее осталось много приятных воспоминаний, но когда она вспоминала о взрослении, то думала о страхе перед испытаниями и ощущении беспомощности по отношению к тому, что происходит с ее собственным телом.
Учеба в университете была одновременно волнующей и устрашающей. Свобода шла рука об руку с ощущением, что она в любой момент может рухнуть на землю. После завершения учебы она изо всех сил старалась сделать свою жизнь надежной и безопасной. Но она то и дело как будто выпадала из времени и всегда спешила перейти к следующей задаче и к следующей работе, пытаясь наилучшим образом планировать тот небольшой отрезок времени, который у нее оставался. Как будто вся ее жизнь была экзаменом, который нужно пройти.
Прислушиваясь к тиканью часов на каминной полке и наблюдая за изменениями неба в сводчатом окне, Стелла чувствовала, как ее сердечный ритм замедляется и крепнет. Когда она проверила электронную почту в своем телефоне и увидела одно сообщение от Бена, то нажала кнопку «удалить», даже не задумываясь об этом.
После пяти вечера Стелла отправилась навестить Кэтлин и Роба. Она понимала, что новости о состоянии Эсме уже должны были распространиться по поселку и что ее друзья волнуются. Злость на Кэтлин, которую она испытывала из-за непрошеного письма для Джейми, улеглась из-за недавних событий, и хотя она пыталась пробудить частицу былого негодования, пока шла к коттеджу, оно представлялось каким-то тусклым и нереальным.
Кэтлин открыла дверь и сразу же привлекла Стеллу к себе в быстром объятии.
– Полагаю, ты уже слышала, – сказала Стелла, и остатки ее злости растаяли при виде явной тревоги на лице подруги.
Кэтлин отодвинулась и посмотрела ей в глаза:
– У тебя все в порядке?
– Все замечательно, – ответила Стелла, тронутая ее заботой.
Они прошли на кухню и сели.
– Я была не уверена, захочешь ли ты разговаривать со мной, – сказала Кэтлин, глядя на стол.
– Твое письмо определенно не порадовало меня, – ответила Стелла. – Но я понимаю, что ты беспокоилась о моем здоровье. Впрочем, этого не стоило делать. Мне жаль, что ты видела меня не в лучшем состоянии, но тут нет ничего нового. Сейчас я чувствую себя отлично.
– Ты обратилась к врачу? – Кэтлин приподняла бровь, утрируя вопросительное выражение, чтобы смягчить вопрос.
– Джейми пригласил в дом личного врача. – При этом воспоминании Стелла не смогла удержаться от улыбки. Это было действительно весело.
Однако Кэтлин не выглядела успокоенной. Напротив, она казалась нервной и рассеянной.
– Ты собираешься уйти оттуда?
Стелла перестала улыбаться:
– Из Манро-Хаус? Нет.
– Но ты же не хочешь все время оставаться там? Ты знаешь, что в любое время можешь вернуться сюда. – Продолжая говорить, Кэтлин мелко рвала салфетку, рассыпая обрывки по столу.
– Почему я не могу остаться там?
– Эсме в больнице. Она чем-то отравилась.
– Она уже поправляется, – сдержанно заметила Стелла. – Скоро она вернется домой.
– Я слышала, что она собирается остановиться у подруги в Эдинбурге.
Новости в Арисеге действительно распространялись очень быстро.
– Что же, это хорошо, – сказала Стелла. – Она заслужила покой.
Ей не хотелось это признавать, но мысль о том, что она останется наедине с Джейми, почему-то была волнующей. Тогда ему еще больше понадобится ее помощь, и это сделает ее работу более надежной. Разумеется, она не хотела ничего плохого для Эсме. Ни в коем случае.
– Но что, если ее отравили? – Кэтлин положила ладонь на руку Стеллы. – Там может быть опасно.
– Перестань, это было какое-то недоразумение. У кого может возникнуть желание отравить Эсме?