— Я тебя огорчу, но без воображения ты ни одной цепочки не построишь.
— Значит, оно у вас какое-то не такое! Бракованное! Без полета фантазии!
Из браслета, так и не отданного Незабудке, прошил мишень очередью все тех же песчаных лезвий, благо, материала на их формирование вокруг было — завались. Столкнувшись с препятствием, идеально ровные кружочки потеряли первоначально заданную форму, но сделали это, не тупо рассыпаясь, а с мини-взрывами, заставившими обрушиться нескромный такой кусок стены, а раскуроченную мишень отлететь почти к нашим ногам.
— Упс… Мадлен меня убьет! — вскочил с лежака и подошел к пролому оценить ущерб, — И как тебе мои бракованные фантазия и воображение?
— Впечатляет! — Санни тоже поднялся и с любопытством выглянул наружу, а потом попинал один из вывороченных кирпичей, — Проблема в другом. Твоя игрушка, она каждый раз будет делать ровно то, что задано. Одинаково. Идеально. Но, ни больше, ни меньше! В ней нет искры!
— Искры! — скривился я, — Это и есть ее задача, еще не хватало, чтобы изделия разумными кто-то делал!
— Не скажи, есть артефакты, которые собственной волей обладают!
— Назови хоть один пример, и не какую-нибудь легенду, а действующий, который ты сам лично трогал! — я начал заводиться, потому что брат сегодня только и делал, что говорил обидные вещи, а тут еще замахнулся на область, в которой разбирался на уровне обывателя — то есть никак.
— Комплект императорских регалий. В руках не держал, но видел. И то, что они, и только они определяют наследника, знаю точно.
— Пф… Плохой пример. Скорее всего, в них вшит какой-нибудь определитель на неизвестное нам условие! На ту же кровь.
— Тогда бы он просто ближайшего родственника выбирал, а там все по-другому работает. Ладно, черт с ним, пример и вправду совсем не в тему. Попробую по-другому.
Нагло выдрав из моего блокнота лист, он нарисовал козявку:
— Что это?
— Козявка, — выдал я братцу единственный имеющийся у меня ответ.
— Черт, да что ж так сложно-то с тобой?! — исправив ножки у букашки, и подрисовав ей брюхо, он вновь сунул мне лист под нос, — А так?!
— Беременная козявка?.. — я никак не мог понять, какой реакции на свое художество он ждет от меня?
— Это «скаби», дубина! — вскрикнул Санни, — Ну не умею я красиво рисовать!
— А-а… ну… хорошо, пусть будет «скаби», — не стал я перечить раздраженному магу. Если проявить толику фантазии, то беременная козявка и впрямь смахивала на одну из самых востребованных рун.
— Рисуем снова! — и он выдрал новый лист, начеркав на нем уже гигантскую раскормленную козявку, — Это тогда что?!
— Ну… — выдавать ответ, который вертелся на языке, я не рискнул, — Видимо, тоже «скаби».
— Слава тебе, господи! — картинно воззвал маг к небеленому потолку, — Понял! А это тогда? — и нарисовал в уголке листа новую совсем крохотную «скаби», точнее то, что подразумевал под этой руной.
— Судя по всему, снова «скаби», только маленькая.
— Если ты сейчас пойдешь и отольешь их, допустим, из серебра, по моим чертежам, будут они работать?
Я посмотрел на него, как на умалишенного. По его чертежам? По вот этим?..
— Да отвлекись ты от моих каракулей! — снова вспылил мой учитель, — Ты-то «скаби» отлично знаешь! Я сейчас просто размеры имею в виду!
— Будут, но, во-первых, вес, во-вторых, дороговизна, а в-третьих, проводимость и выход будут зависеть…
— Сам себя слышишь?! Вот он твой затык! Твой недостаток, если хочешь знать! Ты сразу же начинаешь думать про проводимость, сопротивление и чертову дюжину других параметров!!! Думаешь о точности, весе… А нету их, понимаешь?!
Не понимал.
— Хорошо, давай отринем руны и возьмем пример из другой области, — он взял ветошь из стопки Мадлен и завязал ее в корявый бант, — Что это?
— Кусок ткани, завязанный кривым бантиком.