— Когда ты успел все приготовить? — Она разломила печенье пополам и засунула его себе в рот. — Мммм, кедровая мука. Сначала я ее ненавидела, но затем привыкла.
Фион пожал плечами.
— Пока ты копалась в моей голове. Для меня нелегко позволять кому-то разбираться в моих мыслях, и раньше я не разрешал никому это делать. Не думал, что ты задержишься так надолго. Мне нужно было отвлечься, поэтому я стал готовить обед. Хочешь, я достану медовуху, которая перебьет этот вкус?
Ее рот был полон, поэтому Эйслин просто кивнула и огляделась в поисках Руна и Беллы. Еще до того, как девушка успела спросить, где животные, Фион уже ответил:
— Они хотели поохотиться, поэтому я выпустил их.
— Думаешь, с ними все в порядке?
Сев рядом, Фион кивнул.
— Да, Белла даст мне знать, если у нее будут неприятности.
— А что насчет всего того, что ты рассказывал мне раньше? — спросила Эйслин.
— О чем? — Фион сымитировал ее тон и выгнул брови
— Ты знаешь. Истории, которые звучали так, будто у тебя была нормальная жизнь с работой преподавателя в университете и женой с двумя детьми… — Ее глаза расширились. — Значит, твои дети тоже обладали магией. Так как же они оказались в вихре?
— Все сказанное мной ранее было правдой, — осторожно пояснил Фион. — Но дети не мои. Они были у нее до нашей свадьбы. Я приучил себя так говорить, чтобы это звучало, будто я нормальный. Это помогло мне выживать все эти годы.
— Как насчет других детей? — упорствовала Эйслин. — Несомненно… — Ее голос сорвался.
— Я был осторожен.
— Хорошо. Может, тогда и я не забеременею.
Уголки его губ изогнулись вверх.
— Не забеременеешь. Зачатие достаточно простая вещь, чтобы ее контролировать.
Эйслин молча ела, вопросы роились…, нет, просто разрывали ее голову.
— Чем ты занимался все эти жизни, прежде чем в наш мир прорвались темные? Хотя, нет, как насчет того, чтобы начать с момента, когда ты приехал из Европы.
— Из Великобритании, а не Европы. И это произошло в конце семнадцатого столетия. Я очень долго путешествовал, а как только понял, что не потерял свою магию, то мигрировал в Новый свет.
— Итак, ты просто исчезал из одной жизни и появлялся в другой? Разве люди не замечали, что ты не умирал?
Фион окинул ее пристальным взглядом. В нем ясно читалось, что сейчас мужчина ей потакает и готов ответить на ограниченное количество глупых вопросов.
— Скажем так, я все хорошо спланировал. У меня было много возможностей, которые давали определенную свободу действий.
— Ты когда-нибудь делился с кем-нибудь тем, кем являешься на самом деле?
Мужчина покачал головой.
— Ни разу с тех пор, как приехал сюда. В Старом свете все знали, кем я был…, по крайней мере, где-то до шестнадцатого столетия. А после люди просто перестали верить в магию.
— Зачем тогда ты открылся мне? — Эйслин не была уверена, что хочет услышать ответ.
— Потому что ты… другая.
Она ждала, но Фион так ничего и не добавил.
— Что это значит?