Инфернальный реквием: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Что?..

Мимо лица Ванзинта пролетела муха, и он неосознанно вскинул руку. Почувствовав, как насекомое возится под сомкнутыми пальцами, лейтенант ухмыльнулся, приятно удивленный собственным проворством. Хихикая, он поднес кулак к уху и встряхнул, наслаждаясь недовольным жужжанием пленницы. Следом Райсса посетила настолько приятная – и праведная! – мысль, что он даже облизнулся.

Внезапно офицер совершенно четко понял, чем хочет заняться.

Кварин стояла на вершине пика Вигиланс, обратив фарфоровое лицо к Перигелию. Разросшийся огненный шторм полностью окутал вершину горы, обуглил ее склоны и вскипятил воду у берегов. Создание ощущало, что гораздо ниже – бесконечно глубже, чем материальная кора планеты, – от схожей боли ревет душа мира, разрубленная и подожженная. Нечто ужасное осквернило своей яростью сверхъестественное горнило в центре Витарна, причинив намного худший ущерб, чем обманщик, который вплел себя в историю Последней Свечи.

На протяжении тысячелетий планета привлекала многих темных мечтателей. Они искали здесь откровений и могущества, необходимого, чтобы воплотить их в жизнь, но еще никто не вредил миру настолько чудовищно. Никто не наделял формой зародыш кошмара, запертый в сердце Витарна. Нет, не просто формой – возможно, даже толикой разума. Неистовство осквернителя породило Опаленного Бога.

Древняя стражница замечала бездонные нереальные трещины, что расходились от раны в теле планеты, как жгучая зараза по жилам. Они стремительно охватывали мир, и его земля, море и небо содрогались в спазмах. Конвульсии усиливались по мере удаления от эпицентра, где шпили сдерживали око бури. Шторм бесновался, стремясь скинуть незримое ярмо и повалить семь вершин, но за прошедшие эпохи мощь пиков не ослабла, ибо камни душ, внедренные в их сердцевины из призрачной кости, были нетленными.

Многие благородные создания пожертвовали собой, чтобы вечно охранять эту планету и держать ее ужасы под замком. В число хранителей входила и Кварин. Ее сущность, кристаллизованная в самоцвете под маской, управляла бессмертным рукотворным телом. Когда-то подобных ей насчитывалось семь, по числу шпилей, но время и естественная убыль взяли свое. Другие Кварины одна за другой становились жертвами насилия, безумия или несчастных случаев, пока не осталась только она.

Час настал. Таинственная энергия, собиравшаяся в пиках, достигла апогея и превратила Кольцо в раскаленный добела терновый венец на челе планеты. Кварин услышала гнетущее пение камней душ – хоровой поминальный плач по утраченной ими жизни. Отдав безмолвную команду, последняя стражница высвободила силу сгинувших.

Безупречно чистые лучи одновременно вырвались из семи вершин и пронзили шторм со всех сторон. Почуяв их касание, смерч взревел. Изрыгая пламя, воронка извивалась и металась, пытаясь укрыться от потоков света, но они неумолимо преследовали добычу, с каждой секундой рассеивая жар бури холодным презрением и прижигая оскверненную скалу под ней.

Кварин безразлично наблюдала за ритуалом сдерживания. Ее душа, слишком старая, оторванная от реального мира, уже не чувствовала ничего, кроме простого одобрения. Она знала, что вскоре последует за сестрами в небытие, но уже подготовила все необходимое, чтобы их бдение продолжили другие. Планета будет гореть, но Кольцо выживет.

Пока стоят шпили, кошмар под ними не вырвется на свет.

Белые лучи моргнули и угасли. Потусторонний хор умолк. Огненный шторм исчез, а с ним – гора, срезанная у середины. Сохранилось только ее подножие, ровная плита дымящегося обсидиана. В такой катастрофе не мог уцелеть никто.

– Вот теперь все, – устало произнес Афанасий.

– Что это за чародейство? – выдохнул воин, нависавший над мальчиком.

Большинство собратьев великана произнесли бы подобную фразу с ненавистью, но в его голосе слышалось восхищение.

– Конец и начало, – ответил паренек. – Капитан… ты кое-что ищешь. Вот почему ты здесь. Вот зачем вернулся в Свечной Мир.

– Тогда скажи мне, Афанасий Умелец, что я ищу?

– Ответ. – Мальчик нахмурился, стараясь разобраться в подсказках своей интуиции. – Причем идеальный.

– И у тебя он есть?

– Нет… но я знаю, что ответ… где-то тут.

Наконец он обернулся к незнакомцу – вернее, отлично знакомому ему воину, поскольку лицо сияющего великана возникало еще в самых ранних воспоминаниях Афанасия. Они изначально не могли избежать момента своей встречи, а значит, и всех триумфов и страданий, что обязательно последуют за ней.

С точно такой же неизбежностью мальчик, который никогда не был ребенком, отыскал самые нужные в тот миг слова.

– Мы воспарим на пылающих крыльях, капитан! – поклялся он.

И предопределил их судьбу.

Проскрежетав измученными шестернями, Теневой Планетарий изрыгнул женщину, что застряла в его нутре, словно кусочек чего-то неудобоваримого. Вертясь, она помчалась прочь от кружащихся призм и врезалась в стену из сплошного стекла. От удара воительница отлетела назад и рухнула на спину. Столкновение оглушило ее, несмотря на доспех.

– Умеренность – мой самый праведный щит, – прохрипела женщина, из последних сил удерживаясь от потери сознания. – Смирение – моя сама верная броня.

Она повторяла священные строки, пока не осознала их смысл. Следом воительница вспомнила о родном ордене. Казалось, прошли часы, пока в памяти всплыло и ее собственное имя.

– Я жива, – прошептала Чиноа Аокихара, пораженная немыслимостью такого исхода. – По милости Его, – преданно добавила старшая целестинка.

Сестра лежала под бронзовым куполом в круглом помещении со стеклянными стенами. В зал струился багряный свет, словно на небе господствовало Проклятие.

Возможно, теперь так будет всегда.