Службы Дельты Миров. Дилогия [СИ]: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Берэ вышел из комнаты, попал в главный зал с экранами, и тут же зашел в соседнюю комнату. Остальные следовали за ним попятам.

В соседнем помещении и вправду нашелся Создатель Онита — прибор ничуть не похожий на Хранитель онов. С виду он больше всего напоминал какой-то токарный станок — довольно большой, почти в человеческий рост, сбоку есть ниша, с обеих сторон которой нашлись и два кристалла. На панели управления горели какие-то кнопки, из стены к Создателю вела труба от Хранителя.

— И как это работает? — спросил Эпсон.

— Просто, — сказал Берэ. — Между этими двумя кристаллами формируется особое поле, позволяющее работать с онами. Все почти как с переходным полем, только в нем можно делать лишь изделия из Онита.

— И зачем нам это надо? — спросил Квазар. — Что можно сделать из Онита такого, чего нельзя из стали, к примеру? Да и на базе должны быть ножи или мечи, если они так нужны…

— Нет, мне не нужны ни ножи, ни мечи, — усмехнулся Берэ. — Я хочу сделать нам магические посохи. Нет, на посохи уйдет слишком много онов — магические трости.

— Что это еще такое, — прищурился Эпсон. — Ты снова издеваешься? Зачем колдуну посох?

— Чтобы хранить оны, само собой, — ответил Берэ. — Но самое противное, что мне сейчас придется колдовать, причем не абы как, а целых три раза применить Абсолютное Чудо. А в Мире это так сложно… и так больно. Но делать нечего…

Берэ вздохнул и нажал пару кнопок на реле. Создатель загудел, кристаллы засияли ярким светом, магик и Квазар отвернулись, иначе появлялся шанс еще и ослепнуть. Мертвец, само собой, ничем не рисковал, да и Берэ воспринял избыточную нагрузку на сетчатку спокойно.

— Вон там есть очки, — сказал Жюбо, указывая на стену.

Колдуны подошли к крючку и сняли пару темных очков, таких же, как в Насосной. А когда повернулись уже сам Берэ горел ярче кристаллов в Создателе Онита. Если бы не зеленый свет, коим буквально исходил Берэ, со стороны и не скажешь, что он колдует по-крупному. Просто стоит в нише и словно проводит черту от одного кристалла к другому снова и снова. Только с каждой проводкой в образованном кристаллами поле, появляется какой-то контур. Нечто похожее на трубу, диаметром в пару сантиметров и с небольшой ручкой на конце. Палец продолжает водить по фигуре, она все четче и четче вырисовывается, приобретает плотность, обрастает изысканными завитушками, а лицо Берэ все больше искажает боль. Пот струится по лбу, Поглотитель под одеждой горит вся ярче. Но вот, первая трость закончена и Берэ принимается за вторую. Первая просто весит в воздухе меж двумя кристаллами и слегка сияет, словно раскаленный металл. Палец продолжает создавать вторую трость, а Поглотитель уже сияет так, что очки почти не помогают. Эпсон и Квазар вынуждены отвернуться во второй раз, а Жюбо смотрит. Вот и вторая трость готова, а вместе с наметками третьей помещение оглашает безумный рев дежурного. Берэ орет, словно его разрывает изнутри, хотя, вроде, боль приходит снаружи. Вдруг, его комбинезон вспыхивает зеленым пламенем, и теперь уже не человек работает с Создателем Онита, а просто пятно света. Рев проникает в саму суть собравшихся, не в силах такого выдержать Эпсон и Квазар выбегают из помещения, а Жюбо смотрит, будто привороженный. Из его ушей уже текут две струйки вязкой крови, левый глаз лопается, но мертвец не может оторвать взгляда. Впервые он чувствует, сам не понимая как, но чувствует — вот этому человеку сейчас так больно, как никогда не было больно самому Жюбо. А ведь мертвец прошел через два круга ада, провел там вечность, но все это ерунда, по сравнению с муками старого колдуна. Сейчас мозг Берэ тает нейронами, а под сверкающими доспехами из Поглотителя кожа обугливается, и каждый нерв тела трепещет, орет. Да, может быть, звуки идут из горла Берэ, но в действительности вопит каждая молекула, каждый атом, каждый он… Но Берэ продолжает работать. Еще минута невероятных мучений — а может, прошел год? — и третья трость готова, дежурный падает на пол и начинает кататься, словно пытаясь сбить зеленое пламя. Но Жюбо снова откуда-то приходит знание, что на самом деле это не настоящий огонь, а нечто гораздо, гораздо хуже. Дотронься сейчас кто до Берэ, и он сгорит весь без остатка. Берэ издает последний душераздирающий крик и теряет сознание. Зеленое пламя еще несколько секунд горит, а потом гаснет, даря желанное забвение.

Привлеченные тишиной, Квазар и Эпсон вернулись в комнату. Берэ лежал на полу, его комбинезона и след простыл, зато теперь видны доспехи из Поглотителя. Зеленые кристаллообразные полосы проходили по всему телу, доспехи не цельные, но почти точно повторяют полосатый узор исчезнувшего комбинезона. Частые-частые полоски, сантиметра в три каждая, извилистыми хомутами сковали худое тело. На животе и талии они потолще, отсюда и создается ощущение непропорциональности Берэ, когда он одет. Теперь же видно, он удивительно худ, но вполне пропорционален. Только голова несколько больше положенного, да плечи чуть уже, но так — нормальный высокий, худой мужчина. Странно, но пламя, уничтожившее одежду, совсем не тронуло волосы — Берэ все также небрит, а прическа неряшлива. Еще одна странность едва светящихся доспехов — полностью закованные гениталии. Непонятно, как он мочится или испражняется. Так же доспехи сочленены жестко, без суставов, отсюда и странная походка.

Пока колдуны пялились на Берэ, мертвец внимательно оглядел его работу — три трости, повисшие в воздухе, поддерживаемые полем Создателя Онита. Они еще слегка алые, не успели остыть, но работу мастера видно сразу. Каждая трость — произведение искусства. Сотни узоров, ручка изогнута изящно, но удобно, наконечник заострен, но не полностью — трость заканчивается ровным кружком, диаметром чуть меньше основного тела. С другой стороны, полезность этих «магических тростей» весьма сомнительная, и Жюбо никогда не решился бы испытать столько боли, пусть даже ради создания произведений искусства из Онита.

— Надо бы его привести в сознание, что ли… — пробурчал магик. — И на кой ему сдались эти железки?

— Без понятия, — ответил Жюбо, все еще внимательно осматривая трости. — Хотя в моей эпохе считается, что колдуны должны носить плащ, ходить с посохом, и этим посохом как-то колдовать. Но после того, что вы мне рассказали…

— Посохи, волшебные палочки и прочая белиберда к колдовству ни имеет никакого отношения, — отрезал Эпсон. — Иногда колдуны одеваются странно, но только чтобы ввести в заблуждение людей, вселить в них страх. А этими палками можно, разве что, кому-нибудь по голове дать…

— Например, тебе, — пробормотал Берэ, открывая глаза. — Твое скудоумие меня поражает. Неужели ты думаешь, будто я стал бы делать три трости из Абсолютного Онита, если бы они никак мне не пригодились бы?

Дежурный сел, кости затрещали почище, чем у Жюбо. Его взор еще хранил отпечаток боли, темные глаза глядели на мир непонимающе, словно размышляя, а стоит ли в него возвращаться? Легкие испустили вздох, мозг принял решение — стоит. Как бы это было ни противно, но стоит…

— Абсолютный Онит? — переспросил Эпсон. — Что это еще за чушь?

— Абсолютный Онит — единственный материал, пригодный для носителя вероятностей. Хранитель онов — сложное приспособление, в котором можно хранить оны, но невозможно носить с собой такую бандуру, а в Онитовом посохе, или, как в нашем случае, в Онитовой трости, можно переносить вероятности любых чисел. Создание такого посоха — вершина колдовского искусства, потому что сделать Абсолютный Онит можно только с использованием Абсолютного Чуда.

— Ничего себе, — прошептал Квазар. — Так вот, как это делается…

— Вот-вот, — усмехнулся Берэ. — А теперь представь, через что мне пришлось пройти, чтобы сделать целых три трости. Признаюсь честно, без Создателя Онита я бы не пошел на такое, но тут он сделал большую часть работы, мне оставалось лишь сделать из простого Онита, Абсолютный.

— И как это работает, — спросил Эпсон, подходя к Жюбо и тоже внимательно рассматривая трости.

— Просто, — сказал Берэ, потом помотал головой, стряхивая последние отголоски боли, и поднялся на ноги. — Онитовая трость внутри полая, а на ручке есть маленький сектор из обыкновенного Онита. Через этот сектор трость можно зарядить вероятностями, через него же они будут очень медленно испаряться, но, в случае надобности, колдун сможет воспользоваться хоть всеми практически мгновенно. Конечно, если просто положить трость в долгий ящик, через пару дней все вероятности из нее вытекут, но это единственный способ увеличить объем запаса вероятностей для колдуна.

— А можно? — спросил магик, показывая на трости.

— Да, они уже остыли, — ответил Берэ.

— А почему я никогда не видел таких вещей у Начальника или у своего деда? — спросил Квазар, глядя, как Эпсон аккуратно берет трость из поля Создателя.

— Во-первых, у них могут быть не трости, а амулеты, — сказал Берэ. — А во-вторых, колдуны их уровня могут держать такой объем вероятностей, что им не нужны никакие примочки. Если бы не эти проклятые Темным доспехи из Поглотителя, мне тоже не нужна была бы никакая трость, а так она может и пригодиться. Как бочонок ягодицам…

Берэ подошел к Создателю Онита, чуть пошатываясь, и взял оставшиеся две трости. Одну он кинул Квазару — заместитель магика неуверенно поймал налету, едва ни уронив. Дежурный заметил хмурый взгляд мертвеца и усмехнулся.

— Что, Жюбо, опять эти злые колдуны не думают о тебе? — спросил Берэ. — Сделали себе крутые магические трости, а мертвяка забыли, ай-я-яй.