Ольшванг внимательно посмотрел на Колчака. Убедившись, что адмирал полон решимости и это не просто красивая фраза, он положил кусок ноздреватого сыра между двумя ломтиками поджаренного хлеба.
— К весне большевизм исчезнет! — уверенно произнес Колчак.
Отпивая маленькими глотками душистый черный кофе, он старался догадаться, зачем пришел Ольшванг, о приезде которого многозначительно сообщил вчера на вокзале Гаррис.
— Прошу. Сибирская закуска. — Колчак подвинул вазочку с зернистой икрой.
Ольшванг не заставил себя упрашивать и ложечкой брал икру прямо из вазочки. Когда она опустела, гость вынул сигару и закурил.
— Значит, наступление решено?
— Оно начнется в ближайшее время.
— На юг или запад?
Колчак никак не ожидал этого поставленного в лоб вопроса. Чашечка с кофе слегка дрогнула в его руке. Он сразу насторожился. Но, помедлив, ответил, изображая предельную искренность:
— Не могу сказать точно…
— Военная тайна? — улыбнулся Ольшванг.
— Нет. Вопрос еще не решен.
Ольшванг притворился, что поверил адмиралу.
— Тем лучше. Я не опоздал…
Теперь перед Колчаком сидел другой человек. Исчезло ласковое добродушие. Прищуренные глаза колючи. Говорит — будто отдает команду.
— Большевики, национализировав уральские заводы, хотели вышибить нас из седла. Но мы сидим крепко… Урал должен быть освобожден в первую очередь.
Колчак с трудом сдержался, чтобы не вспылить. Разговаривает, как с подчиненным! И кто? Инженеришка! Адмирал резко поднялся с кресла. Но Ольшванг, дымя сигарой, остался сидеть, закинув ногу на ногу.
— Решение, которое мне как верховному правителю надлежит принять, прежде всего должно исходить из интересов России.
Адмирал бросил быстрый взгляд на Ольшванга — какое действие произвела патетическая фраза. Но Ольшванг будто и не слышал. Он продолжал спокойно, не обращая никакого внимания на взволнованность адмирала:
— Группа американских банков: «Киддер Пибоди энд компани», «Гаранти трест компани», «Нейшнл сити бэнк оф Нью-Йорк» организуют «Уральский банк». — И, чтобы объяснить, какое это имеет непосредственное отношение к адмиралу, добавил: — Промышленность Урала, отныне связана с этим могущественным финансовым объединением.
Ольшванг встал и подошел к Колчаку.
— Меня уполномочили передать, адмирал: одним из акционеров и членов правления банка являетесь вы… — Ольшванг положил тяжелую руку на золотой адмиральский погон. — Хотя вы человек военный, но поймете, какие доходы принесут акции «Уральского банка», когда ваша доблестная армия очистит Урал от большевиков. А? Этого с нетерпением ждут ваши коллеги в правлении банка… — Голос Ольшванга зазвучал торжественно: — Морган, Рокфеллер и мистер Форд… — Добродушная улыбка вновь появилась на лице Ольшванга. — Не смею больше задерживать, адмирал. Вас ждут государственные дела. Желаю успехов.
— Благодарю. — Колчак крепко пожал руку Ольшвангу. — Где вы остановились?
— В гостинице.
— Вас сейчас отвезут туда. — Колчак хотел нажать кнопку звонка.
— Не беспокойтесь, адмирал. Это недалеко. К тому же скромному служителю фирмы «Сандэрс энд Родерс», коим являюсь я, неудобно ездить в личном автомобиле верховного правителя.
— Как угодно. Всегда к вашим услугам.
— Ловлю вас на слове!
— А именно?
— Когда Сибирская армия возьмет Пермь, фирма «Сандэрс энд Родерс» обратится с просьбой передать в аренду казенный завод. Разумеется, на самых выгодных для вас условиях.