Иванчишин, зная, что директор железобетонного завода Снегов приходит на предприятие задолго до начала работы, набрал номер его телефона. Ответила секретарша:
— Товарищ Иванчишин, Кузьма Прокофьевич велел передать, что у него завод, а не собес. И предупредил: «Явится лично — упрячу на гауптвахту».
— Еще что?
— Пожелал доброго здоровья, успехов в работе…
Леша не переставал удивляться, как полковнику, прошедшему всю войну, израненному, удалось сохранить чувство юмора. Отказ категорический, но не обидный, а Главный в подобных случаях палит из дальнобойных орудий.
…Бригадир кровельщиков перехватил Иванчишина на подходе к пусковому корпусу.
— Подвезли плиты покрытия. Все бракованные.
— Что?! Завернуть! — скомандовал Леша.
— Поздно. Уже сгрузили.
Подошли к сложенным железобетонным плитам, сплошь по всему штабелю сверху донизу кричащие дефекты: отбитые углы, выщербленные закраины, выступающие металлические прутья. Вот они, добытые Митрофаном трофеи. Неужели Снегов пошел на такое? Впрочем, Вараксин хвастливо заявил: в обход Снегова.
— Ладно, разберемся, — жестко пообещал Леша и направился к бетонщикам. Они стояли на нулевом цикле в ожидании раствора.
— Где бригадир?
— В бытовке. С Митей в карты режется, — подсказал Черный.
— Позовите!
Колотов шел вразвалку, недовольный, что его потревожили, видно, Саша не сообщил, кто звал.
— Во что играли? — зло спросил Леша.
— В «дурачка», — невозмутимо ответил Колотов.
— Возьмите бульдозер, расчистите дорогу к площадке будущего корпуса и уложите на ней бракованные железобетонные плиты.
— Дорога вроде не мой профиль.
— Наш общий. Если мы сейчас не проложим хотя бы эту примитивную трассу, весной пропадут три месяца.
И обратился уже ко всем:
— Раствор?
— Железобетонный сдерживает. Надо бы встретиться с директором Снеговым, — подсказал Бобров.
— Выгонит, — заметил Леша, — даже по телефону не желает говорить.
— Не к нему идти, а к себе пригласить, — настаивал Тимофей. — На встречу с нашими ребятами. У него же героическая биография.
— Знаю, но кто за это возьмется?
— Надо мне попробовать, в его танковой бригаде служил.
Иванчишин обрадовался, подтолкнул Боброва:
— Иди и приглашай на сегодня, непременно на сегодня. Каждый час дорог.
— А ребят соберем? — засомневался Тимофей.