Вечером Мара Сахаркевич, возбужденная, раскрасневшаяся, нашла в общежитии Точкина и не попросила, а потребовала:
— Боря, собери ребят!
— По какому поводу?
— Настала пора действовать, а мы сидим сложа руки.
— Ты о встречном плане?
— Слава богу, уразумел. — Но тут Мара вдруг оробела. Почему она говорит с Борисом таким тоном, будто инструктирует комсоргов? Да и с ними надо держаться естественно. И уже просящим голосом: — Боря, ты сам был недоволен, что по такому важному вопросу не посоветовались со всеми рабочими, вот я и хотела собрать, поговорить. В вашем общежитии сплошь комсомольцы.
— Собирай.
— Они к тебе больше прислушиваются.
— А что решим?
— Да не обязательно решать. Мобилизовать, призвать комсомольцев…
— Мобилизовывали, призывали: обращение к молодым строителям, статья в газете.
— Боря, мне жаль, что ты останешься за бортом этого движения.
— А ты упадешь за борт. Я не вижу необходимости будоражить всех ребят, побеседуем индивидуально. С кем желаешь?
Первым подвернулся Ветров. Мара опросила его:
— Гена, что ты скажешь по поводу статьи в газете?
— Нужная, правильная. Надо действовать, громче заявлять о себе…
— Да уж куда громче заявлено, — перебил его Точкин.
— Знаешь, Боря, тебе бы лучше помолчать, на сей раз ты не в первых рядах, — заметил Ветров.
К ним подошел Симагин, галантно представился Маре:
— Кирилл, столяр третьего разряда. Интересуюсь, о чем речь?
Мара пояснила. Польщенный тем, что с ним советуются, Кирка одернул недавно купленный пиджак, поправил широкий галстук с выводком фазанов и неторопливо, с достоинством вымолвил:
— Я ту газету не читал, но слышал, что ребята в пивном баре о ней говорили. Хороший бар соорудили в нашем сосновом городке, по последнему слову техники: купил жетон, опустил в щелочку — и в подставленной кружке через несколько секунд янтарная влага с шапкой пены. Сунешь жетон в другой автомат — бутерброд с колбасой. Сделать бы еще такую машину, чтобы она тут же раков варила. Какое же пиво без раков?
— Что же все-таки про статью говорили, — напомнил Гена, заметив, что Мара начинает нервничать.
— Говорили так: адресом ошиблись. Чего, к примеру, меня агитировать? Ты лучше дай мне с запасом стекло, оконные переплеты, дверные блоки, распилочный материал, так я не только на сто двадцать, а на сто сорок процентов вытяну. Обратно же качество. Разве оно только от меня зависит? Везут деревянные блоки под дождем и складывают в сыром месте, без навеса. Непорядок. А так мы за перевыполнение. Кому неохота лишний раз в новый бар заглянуть?
Влетела Юля Галкина, шустрая, как синица, окинула быстрым взглядом широкий коридор, точно сфотографировала, торопливо направилась к Сахаркевич.
— Мара, обыскалась. А когда в учебный комбинат? Здравствуй, Гена! — И смутилась, кроме Гены было еще двое мужчин. Чтобы как-то сгладить неловкость, она сразу включилась в разговор: — Девчата с ума сходят…
— По ком? — подмигнув, спросил Кирка.
Юля даже не повела взглядом в его сторону, продолжала о своем.
— Прекращают занятия в учебном комбинате, чтобы влиться в армию строителей, взявших высокие обязательства по досрочному выполнению плана текущего года, — выпалила Юля длинную и не очень привычную для нее фразу.
— А может, повременить? — опросил Точкин.