После отбоя: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Точкин согласился.

Собрание актива задерживалось. Но ожидающие не скучали, у каждого участника находились неотложные вопросы друг к другу.

К Борису подошел заместитель управляющего трестом по снабжению Силин — рослый, грузноватый мужчина с волевым лицом, в куртке из искусственной кожи. Его походка, осанка, движения были размашисты, независимы, как у человека, чувствующего себя везде хозяином.

— Ты Точкин?

— Я Точкин.

— Ты оборвал мои телефоны?

— Я, — признался Борис.

— Где этот твой центровой баскетболист Ветров?

— Вон у окна, с бригадиром Муромцевым.

— Зови.

Борис привел Гену, представил Силину. Тот вырвал лист из фирменного блокнота с указанием организации, протянул Гене, буркнул:

— Ателье номер один на проспекте Мира. Прямо к директору. За неделю сделают. — И, тараня своей мощной фигурой участников совещания, направился в комнату, где собиралось начальство. Передумал, вновь вернулся к Борису, посоветовал: — Если ты, топор, считаешь, что у меня нет других забот, кроме приема заказов на пошив одежды баскетболистам, обращайся… — Он все-таки сдержался, не назвал адресата.

— Ошалел, Боря? — все еще держа в руке листок из блокнота, сказал Гена.

— А я рассчитывал на благодарность за помощь ближнему.

— Вообще-то, спасибо, — смутился Гена. — Но таким способом…

— Ты же раздет.

— Ну, это сильно преувеличено. На мне трусы, теплая рубашка и двести граммов жира. — Гена уже расплылся в улыбке, крепко пожал руку товарища. — Все-таки расскажи, как ты додумался до такого?

— Не я, секретарь парткома.

— Брось заливать!

Точкин не успел рассказать, позвали в зал.

Собрание началось на двадцать минут позже намеченного времени, представитель главка так и не приехал.

Слово для доклада было предоставлено главному инженеру треста.

Глядя на Магидова, почему-то замечаешь одни излишества: полное лицо, крупный нос, пухлые губы, одутловатые щеки, внушительный подбородок, только шевелюра подгуляла. Перекинутая с левого виска на правый реденькая прядка волос не спасала положения.

Обычно Андрей Ефимович говорил монотонно, не отрываясь от текста, но сегодня его жиденький баритон возрастал до баса. В докладе было много цифр, расчетов, выкладок по всему тресту, строительным управлениям, субподрядным организациям. Кроме того, на двух досках около трибуны были приколоты листы с сетевым графиком работ в третьем квартале, опять с теми же цифрами в кружочках, которые не могли разобрать даже сидящие в первом ряду, но на которые, как на неопровержимые доказательства, ссылался оратор. И, как бы подчеркивая магическое значение приведенных цифр, докладчик указывал, что они уже задействованы в автоматизированной системе управления, пропущены через электронно-вычислительную машину и та подсчитала каждой бригаде, каждому строительному участку, управлению, когда что делать, кто, когда и какие материалы получит, и даже продемонстрировал перфораторные ленты ЭВМ, заметив: «Еще тепленькие, только сегодня полученные». В заключение, оторвавшись от таблиц, Андрей Ефимович с подъемом доказывал, что сама жизнь требует ускорения ввода в строй пускового объекта, ибо затягивание строительства означает омертвение вложенного капитала, наносит непоправимый ущерб государству. Значит, долг каждого из присутствующих здесь и всего коллектива в целом закончить электролизный корпус к первому января будущего года, то есть на три месяца раньше установленного срока.

Кто-то, кажется Мара, азартно захлопал, ее поддержали секретари комсомольских организаций. Но бригадиры, рабочие постарше по-настоящему стали активными лишь во время перерыва. Разбившись на группы по своим управлениям, они возбужденно комментировали доклад, доказывали, что на бумаге все гладко, а как дойдет до дела, про эти кружочки сетевого графика забудут, а все на тех же планерках будут кричать: «Давай!», «Давай!». А что дашь, когда взять неоткуда?!

Раздался звонок. Коридор опустел.

Председательствующий Таранов напомнил:

— Не будем нарушать традицию: выступления в пределах десяти минут, для оправок три минуты. Нет возражений? Кто первый? Вы, кажется, собирались, товарищ Силин? — Он посмотрел на заместителя управляющего треста по снабжению.

— Собирался, но попозже.

— Между прочим, я приметил: на каждом партийно-хозяйственном активе вы выступаете предпоследним, — не то упрекнул, не то пошутил секретарь.