Дальтоник: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ты имеешь в виду — всё?.. — Анечка Бржизова хотела уточнить точку зрения Даны.

Теперь уже легче:

— Да, всё… впрочем, почти всё! — выкрикнула Дана.

Йозеф Каплирж наградил ее едва заметным кивком, словно давал понять, сколь высоко ценит ее твердую позицию.

Бржизова, все еще недоумевая, вдруг обнаружила, что не высказывались только она и директор Ян Ракосник. Она хотела выступить последней.

— Товарищ директор! — предложила Анечка.

Ян Ракосник едва заметно облизал сухой рот и против воли откашлялся. Ему не хотелось показывать сидящим здесь, насколько он подавлен. Ян Ракосник старался говорить как можно спокойнее. Он тоже выделил в письме отдельные пассажи и высказал свое мнение о ряде замечаний, которые сделал Каплирж. Ян Ракосник объяснял, он взывал к памяти присутствующих, но видел по их лицам, что припоминают они весьма туманно. Дни, переполненные новыми впечатлениями и обязанностями, безжалостно закрыли прошедшие. Лишь иногда они кивали головой: да, мол, тот или иной факт действительно имел место… Это была ничтожная поддержка, и ее малость настолько подорвала его силы, что конец выступления директор Ракосник скомкал. Слова его были подобны гласу вопиющего в пустыне. Гамза взглянул на него с нескрываемым недоумением: оборона явно провалилась! Не обеспечен тыл, артподготовка ни к черту, полное отсутствие связи с резервом. За такое расплачиваются тяжелыми потерями!

— Я, — сказала Анечка Бржизова, — считаю, что наша парторганизация в своей работе не допустила никаких серьезных ошибок, и те случаи, о которых говорит в своем письме товарищ Каплирж, либо второстепенны, либо чисто производственного порядка и решать их должно руководство школы или профсоюзная организация, а не мы!

— Политическая работа — дело не второстепенное! — закричал вдруг Каплирж. — Я удивлен, товарищ Бржизова, что ты ее квалифицируешь именно так, и прошу, чтобы твое выступление было дословно занесено в протокол!

Бржизова, не отреагировав на его предложение, быстро, очень быстро, проговорила:

— Если то, что Камил Маржик на учительском балу по своему собственному разумению дал изломать старый рояль, ты квалифицируешь как серьезную ошибку в деятельности парторганизации школы, то извини, тут наши мнения расходятся!

— О том и речь! — ехидно изрек Каплирж. — Ты не можешь не понимать, что дело не только в рояле.

— А в чем же еще? — спросила Бржизова и притянула к губам тонкую прядь волос, выбившуюся из плотного узла на затылке.

— Как может партийная организация в школе пользоваться авторитетом и уважением, если ее председатель ведет себя не так, как следовало бы?

Бржизова залилась румянцем.

— Что ты имеешь в виду? — спросила она.

— Очень, очень странно, что это замечаю лишь я, но пусть будет так, беру все на себя! — Теперь Каплирж протыкал пальцем воздух, словно желая этим жестом придать своим словам еще большую убедительность. — Вы знаете, что заявила Адамцева, когда сотрудники органов спросили ее, почему она взяла ткань? «А почему бы и не взять, если партийная председательница Бржизова тоже берет?!» — Каплирж попытался передразнить Адамцеву, и ему это удалось. Всем показалось, что они слышат, как обороняется толстая учительница.

Этот выпад Анечка не смогла отразить. Да, правда, она действительно взяла у Кутнаеровой ту тряпку, и ее не обеляет факт, что несколько дней назад она вернула ее обратно.

— Было такое, товарищ директор? — снова обратился Каплирж к директору Ракоснику.

— Да, да… — подтвердил тот неохотно.

— Анечка ведь тоже женщина!.. — раздался вдруг возглас, и все оглянулись на Бенду. На его лице было написано, что уж он-то понимает истинную причину грехопадения Бржизовой!

И опять руку тянет Каплирж.

Бржизова молча кивает.

— Я понимаю, что именно товарищ Бенда может найти смягчающие обстоятельства. Он снисходителен к людским недостаткам, не так ли? — Каплирж не упустил возможности ужалить. — И товарищ Бржизова при случае отплатит ему тем же! — Каплирж сделал многозначительную паузу и придвинул к себе поближе блокнот и футляр с письменными принадлежностями. Все непонимающе уставились на него.

— Что ты хочешь этим сказать?.. — нарушила тягостное молчание Бржизова.

Каплирж полистал блокнот, нашел чистую страницу и перерезал ее четкой линией. После чего начал чертить синусоид, который окончил точно в конце страницы. Он стал заполнять верхнее и нижнее полукружья густыми штрихами, произнося при этом:

— Она, например, не заметит, что член партии посещает церковь.

— Ты это о ком? — закричала Бржизова.

Тактикой боя, подумал Гамза, сей борец за чистоту и нравственность владеет в совершенстве. Ему известно, что и пауза тоже есть оружие.

— О товарище Бенде!