– Это будет обвинительный документ, строго объективный, без передержек.
Пусть факты говорят сами за себя.
Наварх скривил губы:
– Опасное предприятие. Виоль Фалюш – самый чувствительный человек в мире. Помните принцессу, которая почувствовала горошинку под сорока перинами? Виоль Фалюш может услышать даже фальшивую нотку в ежеутренних песнопениях к Кальзибе. С другой стороны, миры меняются, ковер знаний развертывается. У меня нет причин быть благодарным Виолю Фалюшу.
– Вы полагаете, что его личность носит негативный характер? – пробормотал Джерсен.
Наварх забыл об осторожности. Он отхлебнул вина и вскинул руку в величественном жесте.
– Очень негативный. Будь я у власти, какое наказание я мог бы придумать? – Он откинулся на стуле, вытянул костистый палец, словно указывал на поверженного врага, и размеренным, сухим голосом судьи произнес:
– Погребальный костер, высокий, как гора. На верхушке – Виоль Фалюш. Платформа окружена десятью тысячами музыкантов. Единым взглядом я вызываю пламя. Музыканты играют, пока их мозги не начинают вскипать, а инструменты – плавиться. Виоль Фалюш поет сопрано… – Поэт подлил еще вина. – Потрясающее зрелище, но едва ли мои глаза насладятся. На худой конец пусть эту мразь утопят или отдадут на растерзание львам.
– Вы действительно очень хорошо знакомы.
Наварх кивнул. Его взгляд блуждал в прошлом.
– Фогель Фильшнер читал мои стихи. Юнец с воображением, хоть и без ориентиров. Как он изменился, как распространился! Он добавил власть к воображению. Теперь он великий художник.
– Художник? В какой области?
Наварх отмел вопрос, как не стоящий внимания.
– Он никогда не смог бы достичь теперешнего положения без таланта, без чувства стиля и пропорций. Не смейтесь! Как и я, он простой человек с ясными целями. А вот вы… вы сложная и опасная личность. Я вижу в вашем мозгу темное пятно. Вы землянин? Нет, не говорите мне ничего! – Наварх замахал руками, словно отбрасывая любой ответ, который мог придумать Джерсен. – В этом мире уже слишком много знания, мы используем факты и пренебрегаем чувствами. Факты – фальшивка, логика – пустышка! Я знаю лишь одну систему познания – чтение стихов!
– А Виоль Фалюш тоже поэт?
– Он не слишком силен в обращении со словами, – проворчал Наварх, не желающий возвращать беседу в обыденное русло.
– Когда Виоль Фалюш посещает Землю, где он останавливается? Здесь, с вами?
Наварх удивленно уставился на Джерсена:
– Нелепая мысль.
– Так где же?
– Там, тут, везде. Он проникает повсюду, как воздух.
– Как вы разыскиваете его?
– Я никогда не делаю этого. Иногда он меня находит.
– И когда он это сделал в последний раз?
– Недавно. Да, да, да. Может, хватит? Почему вы так интересуетесь Виолем Фалюшем?
– Странно, что факты имеют значение для вас, – усмехнулся Джерсен. – Но это не секрет. Я представляю журнал «Космополис» и хочу написать статью о жизни и деятельности Фалюша.
– Хм… Он жутко тщеславен, этот Виоль Фалюш. Но почему бы вам не задать все вопросы ему самому?
– Я бы не прочь. Но как познакомиться с ним?
– Нет ничего легче, – фыркнул Наварх. – Если вы уплатите некоторую сумму.
– Почему бы нет? Я получаю деньги на непредвиденные расходы.