Амур-батюшка. Книга 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Таня заговорила с ней вполголоса.

— Чего же Родион-то не едет? — снова спросил Спирька.

В Тамбовке все мужики были охотниками. Зверей они били еще на родине, в тамбовских казенных лесах. Придя в Сибирь, тамбовцы селились сначала по Лене, но там им не понравилось, и они в шестьдесят первом году перешли на Амур, на Горюнский станок.

Вскоре после водворения на новом месте охота стала предметом увлечения всего мужского населения Тамбовки, от мала до велика. Охотились тамбовцы зимой и летом, добывая зверя всеми способами, полагая, что в тайге его хватит на века. Этой страстностью и безрассудным хищничеством они отличались на промысле от урожденных сибиряков, для которых охота — обычное дело, та же работа и которые знают, что зверям и в тайге бывает перевод.

Между тамбовскими охотниками не первый год идет спор, кто же из них лучший охотник. Родион в эту зиму добыл зверей больше всех, но признать его лучшим охотником Спирьке обидно. Спирька сам знаменитый охотник. Его зовут все «Лосиная смерть». Такое прозвище сильно льстит ему, и он желает поддержать свою славу. «Родиону просто счастье, как в карточной игре, — думает он. — Ему удача с тигрой. Она объявилась в деревне, когда его и не было. Мы с Сильвестром и с Санькой Овчинниковым должны были взять на сеновале, сидели, караулили, почти подбили. Нет, ушла и все равно Родиону попалась. А по правилу тигра должна быть наша! Нынче только и разговору везде, что про Родиона, он хитрый, к Бердышову как-то подъехал и с ним дружит».

Спиридон бросил железо на стол, потушил огарок, поднялся. Мужику лет тридцать пять. Он чуть выше среднего роста, сутуловат, со светло-рыжей бородой, которая в сумерках кажется черной.

— Да как же ты, Татьяна, не знаешь, куда он подевался? Не на охоту? — допытывался мужик.

— Не знаю, — потупив голову, ответила девушка.

— С ума все посходили с этой охотой! — пробормотала Арина.

— Ну, айда, — шепнула Дуня, подтолкнув подругу.

Девушки выбежали. Здоровые и крепкие, старшие дочери в семьях, девушки-подростки Таня и Дуняша целыми днями работали, как батрачки. Нравы в Тамбовке были суровые, родители ни в чем не давали девкам воли. Только на работу могли они тратить свои молодые силы. Зато много было радости, когда удавалось им убраться с родительских глаз долой.

— Ну, держись, Танька! — весело воскликнула Дуняша.

Таня пустилась наутек. Дуня была выше, сильнее; легко прыгая по глубокому снегу, она догнала подругу и повалила ее в снег.

— Тебе за тот раз!

— Опять ты…

Пурга заносила их.

— Вы что, девки, с цепи сорвались? — услыхали вдруг они знакомый голос.

В волнах несущегося снега стояла бабка Козлиха. Про эту старуху говорили, что она умеет колдовать и ворожить.

— Чего делают! — воскликнула старуха, как бы обращаясь к невидимому свидетелю.

Утихшие девушки поднялись, отряхиваясь от снега.

— Бабушка, вы как на улицу выходите, бурана не боитесь? — бойко спросила Таня.

— Вот я тебя!.. — пригрозила старуха. — Мать-то дома?

— Она к вам собирается, — соврала Таня.

— А-а, — дружелюбно отозвалась Козлиха. — Пусть идет. Скажи, пусть придет.

Старуха пошла своей дорогой.

— Вот теперь тебе будет на орехи!.. — сказала Дуня.

— Сегодня нам с тобой доплясывать. От того разу осталось недоплясано… Ну, отстань, хватит, а то голосу не будет.

— Мать-то уйдет?

— Уйдет, — уверенно ответила Таня.

— А то скажет: «Девки, в пост-то песни орать!» — всплеснула руками Дуня.