А Риток так хохотал, что чуть не свалился с велосипеда.
Тогда Шани подходит к Ритоку и говорит:
— Видал петуха? И ты был точно таким же, когда злился.
Уже вечерело, ребята ушли, и я остался с велосипедом один. Я ведь на нём почти не катался. Тогда я вскочил в седло и поехал. А куда?.. К дому Кати, конечно.
Здорово, если б Кати была во дворе. Я уже придумал, что буду делать. Подъеду и перед самым домом с ходу заторможу. Колёса чуточку взвизгнут, Кати услышит шум, повернётся и увидит меня на новеньком велосипеде. Правда, от трения по асфальту шины быстро изнашиваются, но что поделаешь, если надо…
Подъезжаю, а на дворе никого. Но может быть, она дома, сидит у окна? Я как ветер промчался мимо с лихим молодецким видом — вдруг она смотрит. Потом повернул назад и увидел её: она стояла у калитки и разговаривала с подругой. Повезло!
Я нажал на педали, выпрямился в седле, снял одну руку с руля, а другой держался небрежно-уверенно. Велосипед летел как стрела… Красота!
Я промчался, не шевельнув ногами, — пусть она думает, что я изобрёл сверхзвуковой велосипед.
БОЕВЫЕ ПРИГОТОВЛЕНИЯ
Мы стали готовиться к боевой операции. Я каждый день носился на велосипеде, чтобы технику и скорость вождения довести до самого высокого класса. Ребята натаскивали Моржи. А вечером мы разрабатывали план военных действий.
В первый день я усадил в передний багажник Моржи, потом вскочил сам.
С каждым часом я катил всё быстрее. Моржи сидела в корзине, а я подавал команду: «Моржи, бери!» Она прыгала из корзины и кидалась на предмет, который я ей показывал. А это была дохлая крыса. Маленький Адам прятался за кустом, и когда мы подъезжали, швырял дохлятину на дорогу. Крыса скользила по асфальту, как будто убегала. Я выкрикивал команду, и Моржи неслась за крысой. Моржи так здорово слушалась команды, что выскакивала и неслась, когда никакой крысы не было.
На второй день дело ещё подвинулось: Моржи прыгала и нападала молниеносно. Но к обеду она так устала, что и не взглянула на петуха Пишту, который выпятил грудь и пошёл войной, стремясь завоевать себе весь двор. При других обстоятельствах Моржи бы — гррр! — и бросилась на кичливого петуха. Но сейчас, на колёсах, она с презрением отвернулась. А на морде её было написано: «Отвяжись, пешеход!»
Ещё бы не отвернуться, когда ты член ХВС и участвуешь в военных советах. Тут поневоле нос задерёшь.
А военные советы мы устраивали каждый день, чтобы не упустить ни единой детали.
Надо было придумать название операции, и тут мы застряли. Яни Адам страшно любит исторические романы. Он сказал:
— Главное — выбрать кодовое название.
— А на кой чёрт оно нужно? — тут же взъелся Риток.
А Яни говорит:
— Где ты видел военную операцию без кодового названия? А вдруг неприятельские лазутчики подслушают, о чём мы с тобой говорим. Если есть кодовое название, они в жизни не догадаются. Это все первоклашки знают.
— Вот ты и есть первоклашка. Потому ты и знаешь. К чему это кодовое название? Смехота!
— Я не первоклашка и даже не четвероклашка. Я с первого сентября пятиклассник. Даже не с сентября, а с двадцать девятого июня, когда мы закончили четвёртый класс. Это раз. И смехота тогда, когда операция без кодового названия. Без кода настоящей операции не бывает. Это два.
Тут вмешался Лали Дока и говорит:
— Кодовое название нужно.
Тогда мы стали спорить о названии. А Риток говорит:
— Давайте так: «Ха-ха-ха, у нашей операции есть кодовое название».
Это он для того, чтобы поддеть Яни.
А Шани Сас говорит:
— Давайте так: «Лови дохлую крысу!»
У Шани Саса на уме одни шутки. От этой глупости мы немедленно отказались.