До каких пор? Логика «Капитала» Маркса и современное обществознание: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Творчески развивая взгляды основоположников марксизма по этому вопросу, В.И. Ленин в первые годы Советской власти главное внимание уделяет, естественно, исследованию переходного периода от капитализма к социализму.

В.И. Ленин подчеркивает, что история не дала нам, нашей стране сразу цельного социализма, так как Россия была отсталой в экономическом отношении страной. Но история дала нам такую важнейшую, решающую «половинку» социализма, такой основной и главнейший его элемент, как диктатура пролетариата, без которой совершенно невозможно построить «вторую половинку» и создать цельный социализм. И поскольку «в материальном, экономическом, производственном смысле, – писал В.И. Ленин в 1918 г., – мы еще в „преддверии“ социализма не находимся» [Л: 36, 303.], то поэтому рабочий класс использует свою власть в качестве орудия для создания прежде всего материально-технической базы социализма – этой другой важнейшей его «половинки», так как «иначе, как через это, не достигнутое еще нами „преддверие“, в дверь социализма не войдешь» [Л: 36, 303.]. Пролетариат пользуется государственной властью для проведения коренных преобразований не только в экономической области, но также в политической и культурной жизни, для «введения» социализма во всех сферах общества, для построения «цельного» социалистического организма.

Чтобы решить все эти задачи, и нужен переходный период, или этап становления социализма, – этот особый и необходимый этап развития социалистического общества, в течение которого и создается, строится социализм как законченная целостная система.

Переход от капитализма к социализму не снимает, конечно, резкой противоположности между ними как качественно различными ступенями истории и не «отменяет» установления политической власти рабочего класса как начала этого перехода. Поэтому В.И. Ленин вел непримиримую войну с такими ревизионистами, как Каутский и Вандервельде, которые заявляли, что между капиталистическим и социалистическим государствами «есть много переходных ступеней» (современные ревизионисты буквально повторяют своих предшественников). В.И. Ленин рассматривает эти взгляды как мещанское «филистерское пожелание „переходными ступенями“ заменить революцию» [Л: 37, 336.] и подчеркивает, что в действительности есть один переход, одна «переходная ступень» от капиталистического государства к социалистическому – это «именно революция, состоящая в свержении буржуазии и в ломке, в разбитие ее государственной машины» [Л: 37, 336.], в установлении диктатуры пролетариата.

Но именно эту «переходную ступень» ревизионисты отказываются признавать и рассуждениями о «переходных формах» и «промежуточных ступенях» хотят протащить свое отречение от пролетарской революции как начала коммунистической формации.

Следовательно, с точки зрения Ленина, мало признавать переход вообще, – переход переходу рознь, – а нужно исследовать конкретное содержание каждого данного перехода, выяснять его специфику, определять его ступени и формы.

Конкретно-исторический подход к предмету требует не только изучения всех его ступеней, всех звеньев в цепи развития, но и умения выделить самое главное, самое существенное звено в этой цепи. Подчеркивая исключительную важность этого требования, особенно для познания такого великого перелома всемирной истории, как социалистическая революция, В.И. Ленин писал:

обеспечивая тем самым последовательное и успешное решение задач социалистической революции.

Правильное определение этапов, звеньев, фаз общественного развития имеет не только большое теоретическое, но и важное непосредственно практическое значение, ибо

На каждой ступени общественного развития, в каждый данный момент тактика пролетариата должна учитывать объективно неизбежную диалектику человеческой истории. Если выделить самое главное в экономической политике партии на нынешнем этапе нашего развития, то это крутой поворот к повышению эффективности народного хозяйства на основе ускорения научно-технического прогресса. Это сегодня «особое звено в цепи» развития нашей экономики. Вот почему КПСС разрабатывает и осуществляет крупные меры по техническому перевооружению производства, совершенствованию его организации и управления, планирования и экономического стимулирования, повышению квалификации и ответственности хозяйственных кадров.

Требование рассмотрения предмета в его развитии включает в себя не только изучение генезиса этого предмета, ступеней, уровней его эволюции и его настоящего состояния, но и выяснение главного направления, основной тенденции его дальнейшего развития. Так, говоря о философии махизма (эмпириокритицизма), В.И. Ленин отмечает, что сам «факт роста его (махизма. – А.М.) в том или ином направлении лучше, чем длинные рассуждения, поможет решить основной вопрос о настоящей сути этой философии» [Л: 18, 228.].

Иными словами, последовательное проведение принципа историзма неизбежно предполагает предвидение будущего, предпосылки (зачатки, зародыши, элементы) которого содержатся в настоящем. Поскольку предпосылки нового создаются и созревают в недрах старого, то при исследовании исторического развития, особенно процесса перехода к коммунизму,

На основании каких же данных, спрашивает в работе «Государство и революция» В.И. Ленин, можно ставить вопрос о будущем развитии будущего коммунизма? И отвечает: на основании того, что мы знаем, как он возникает и развивается из «настоящего». Вот почему, отмечает В.И. Ленин, у Маркса нет и тени попыток сочинять утопии, по-пустому гадать насчет того, чего знать нельзя. Маркс ставит вопрос о коммунизме, как естествоиспытатель поставил бы вопрос о развитии, скажем, биологической разновидности, раз мы знаем, что она так-то возникла и в таком-то определенном направлении видоизменяется. Поэтому неизбежность превращения капиталистического общества в социалистическое Маркс выводит всецело и исключительно из экономического закона движения современного общества. Это и все другие положения марксистской теории оказываются неизбежно истинными, благодаря прежде всего именно тому, что они стоят на исторической почве «не в смысле одного только объяснения прошлого, но и в смысле безбоязненного предвидения будущего и смелой практической деятельности, направленной к его осуществлению» [Л: 26, 75.].

Сосредоточивая внимание на актуальных текущих задачах, решая проблемы настоящего, партия никогда не забывала о будущем, о перспективах нашего движения вперед. Уже в первые годы Советской власти В.И. Ленин выступил с призывом к возможно более быстрому составлению «плана реорганизации промышленности и экономического подъема России» [Л: 36, 228.]. Социализм немыслим без научного предвидения путей общественного развития, без планирования экономики, науки, культуры и т.д. Необходимым является дальновидное, научно обоснованное планирование хозяйственного и социального развития. «Достигнутый уровень развития, масштабы новых задач, – подчеркивал М.С. Горбачев, – выдвигают потребность в долговременной, глубоко продуманной, целостной, сильной социальной политике, охватывающей все стороны общественной жизни»[46].

Методологическое и мировоззренческое значение принципа конкретного историзма для научного познания и практики огромно. Особенно важно понимать и последовательно применять этот принцип к решению задач развития теории социалистического переустройства общества. В.И. Ленин подчеркивал, что вся трудность и все искусство политики состоит в том, чтобы учесть своеобразие задач каждого из периодов, своеобразие условий, в которых действует партия. Такой подход имеет огромное значение и при выработке экономической политики, которая должна учитывать главные особенности каждого этапа развития страны. Глубокое значение принципа историзма, сознательное, последовательное его применение при анализе сложных динамических социальных процессов современной эпохи – важнейшее условие для всестороннего понимания подлинной сущности этих процессов, всей внешней и внутренней политики КПСС.

Сознательное игнорирование принципа историзма или его фальсификация является одним из гносеологических корней «теоретических художеств» современных «правых» и «левых» ревизионистов и одним из «логических» оснований для изготовления многочисленных «ультрасовременных» теорий буржуазных социологов по такому, например, коренному вопросу в жизни современного человечества, как вопрос о переходе к социализму.

Опыт истории и практика революционной борьбы неопровержимо доказали истинность вывода основоположников марксизма о том, что переход к социализму возможен только в результате социалистической революции и осуществления диктатуры пролетариата, которые являются подлинным началом социализма, исходным пунктом его действительной истории.

Однако находятся еще «теоретики» (не только буржуазные, но и называющие себя марксистами), которые не только не могут и не хотят понять эту диалектику начала социализма, но, игнорируя принцип конкретного историзма, сознательно искажают ее.

Вопрос о переходном периоде от капитализма к социализму и теоретически и практически давно решен как в нашей стране, так и в других странах социализма, и до такой степени ясен, что, казалось бы, не может быть никаких кривотолков по этому вопросу. Однако кривотолки есть. Да еще какие!

Наиболее откровенным антинаучным, анархистским, в сущности, мнением является отрицание переходного периода, непонимание того, что этот период является неизбежным, закономерным для социалистических преобразований.

Но есть и такие авторы, которые, признавая этот период, в то же время утверждают, что этот период не относится ни к капитализму, ни к социализму, а является как бы «нейтральной зоной» между ними. Вот как они пишут: «Как развивающийся строй социализм проходит два основных этапа. Первый этап – от полной победы социализма до развитого социалистического общества. Второй этап… – развитое социалистическое общество, перерастающее в коммунизм»[47]. Или: «Социалистическое общество в своем развитии проходит два качественных этапа.

Первый – начинается непосредственно после переходного периода…

Второй – этап функционирования развитого, зрелого социализма»[48].

А вот еще: «Конец переходного периода… и определяет хронологически начало собственно коммунистической формации»[49] и т.д.

Согласиться с этими высказываниями, конечно, нельзя. Разумеется, все это имеет, как говорится, свои «гносеологические корни». На уровне эмпирически-рассудочного мышления эти авторы знают, что в переходный период имеет место и социализм и капитализм, т.е. с одной стороны, есть социализм, а с другой – капитализм. К тому же они не прочь сослаться и на цитату из «Критики Готской программы» Маркса:

Однако подобные аргументы доказывают, скорее, что их авторы подменяют диалектику софистикой в таком важном принципе, как всесторонность рассмотрения. Как известно, софистика не против этого принципа, но она его понимает по-своему. Суть ее состоит в том, что она явление рассматривает всесторонне, даже более всесторонне, чем диалектика, но не вычленяет и не оттеняет, не подчеркивает его сущности, а напротив, уничтожает ее тем, что растворяет ее во множестве сторон, мелочей и т.д., делая, таким образом, явление непознаваемым. Диалектика же, рассматривая явление всесторонне, вычленяет и оттеняет, подчеркивает его сущность, и – более того – исследует ее модификацию и основную, главную ее тенденцию. Применив диалектический принцип всесторонности рассмотрения к переходному периоду, следует твердо заявить: да, в переходный период есть и социализм и капитализм, а в нашей стране, более того, существовало пять укладов. Однако, учитывая это с «одной стороны», с «другой стороны», с «третьей» и т.д., мы обязаны вычленить сущность. А сущность есть социализм: во-первых, установлена политическая власть рабочего класса (диктатура пролетариата); во-вторых, рабочий класс, опираясь на свою власть, осуществляет социалистические преобразования во всех сферах общественной жизни, т.е. создает общество по образу и подобию своему; в-третьих, основная, главная объективная тенденция этого периода – становление социализма, а не добиваемого капитализма; в-четвертых, становление явления есть модификации, развертывание его начала, т.е. переходный период есть не что иное, как становление социализма, модификации, развертывание его начала со дня установления власти рабочего класса. Следовательно, переходный период содержится в коммунистической общественно-экономической формации, в ее первой фазе – социализме.

Но и это не все. Есть и такое заблуждение по вопросу о переходном периоде, как его расширительное понимание: этот период представляется более продолжительным, чем он есть на самом деле, в него включают и первую фазу коммунистической формации – социализм. Иными словами, отвергается сама эта первая фаза. Это недоразумение трактуется примерно так: в социалистических странах вопрос «кто кого» – социализм или капитализм – можно постепенно разрешить только в течение длительного исторического периода, ибо К. Маркс и В.И. Ленин считали, что весь период вплоть до вступления в высшую фазу коммунистического общества есть период перехода от капитализма к коммунизму, период диктатуры пролетариата. Эти положения означают, по крайней мере, следующее: вопрос «кто кого» – социализм или капитализм – может разрешиться только при высшей фазе коммунизма, а так как этой фазы ни в одной из социалистических стран еще нет, то нигде, в том числе и в СССР, этот вопрос еще не разрешен. Следовательно, согласно этой точке зрения, наша страна все еще развивается по принципу «кто кого».

У марксистов давно выкристаллизовалось и утвердилось понятие «переходного периода» от капитализма к социализму и никогда не было никакой неясности, никакого сомнения в том, что оно означает период между капитализмом и первой фазой коммунизма – социализмом. Современные ревизионисты сознательно извращают суть этого понятия. И при этом ссылаются на Маркса и Ленина.

Приведем одно из высказываний Маркса, на которое ссылаются ревизионисты:

Разве здесь Маркс говорит, что «весь период вплоть до вступления в высшую фазу коммунистического общества» есть переходный период от капитализма к коммунизму? Отнюдь нет! Здесь он рассматривает коммунистическое общество как единое, под коммунизмом понимает единство первой (низшей) фазы и второй (высшей). Это неоднократно разъяснял В.И. Ленин.

[46] Материалы XXVII съезда КПСС. С. 45.

[47] Ковалев А.М. Некоторые актуальные проблемы теории научного коммунизма. М., 1979. С. 7.

[48] Актуальные проблемы научного коммунизма. М., 1982. С. 61.

[49] Актуальные проблемы истории развитого социализма в СССР. М., 1984. С. 12.