Пандемия: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Под впечатлениями от беспокойного сна я бродила по улицам нашего маленького городка, упиваясь красотой, которую мы так часто не замечаем. Припорошенные ветви деревьев переливались серебряными нотками под лучами холодного зимнего солнца. Белоснежные облака уплывали куда-то по лазурно-голубому океану прямо у нас над головой. Сегодня был такой прекрасный рассвет, солнце раскрашивало горизонт словно художник выбирающий подходящую палитру для новой картины. Пурпурно-сиреневые облака приобретая медный оттенок в считанные минуты преображались в багрово-розовые тона, а затем за мгновения размывали свой сочный цвет до персикового с нотками оранжевой охры. Зрелище длилось не больше двадцати минут, но по-настоящему захватывало воображение. Не знаю почему, это феерическое светопреставление вызвало очередной поток слез, мне стало жаль, что он не видит всего этого, а может быть наблюдает за тем же что и я, но только совсем с другого ракурса, там, на небесах, у них наверное все еще прекраснее.

Я помню, как он любил наслаждаться всем, что окружало его. Как вставал с первыми лучами солнца, что бы встретить новый день, как выходил на закате на гору провожать за горизонт исчезающие в дали лучи. Как ловил на ладони снежинки и разглядывая каждую в голос изумлялся что все они разные, как и мы. Находил среди опавшей листвы самый красивый листочек не похожий на другие, убирал его в книгу, а зимой доставал вкушая тонкий аромат ушедшей осени, радуясь что ему удалось сохранить именно его ведь среде тысячи таких же именно он по каким-то причинам привлек его внимания, а сейчас он среди его книг, стал еще одним напоминанием о прошлой осени. Наверное, он знал, может даже чувствовал, поэтому и жил именно этим днем, именно этим мгновеньем и лишь данная минута была для него центром вселенной, но подарил он их не той. Жаль что жизнь не кино лента, и отмотать назад её нельзя.

Заблудившись в своих мыслях окончательно я чуть не споткнулась о девушку собирающую на запорошенном снегом тротуаре развалившиеся не послушные листы.

— Извините, пожалуйста. — Мне стало неловко и я решила ей помочь. К моему удивлению я узнала ее сразу, а она меня нет. — Марина? — девушка, спасающая листы от снежного плена обомлев чуть не выронила их вновь, лишь только узнав меня.

— Не узнала тебя сразу — разулыбалась она — ты так выросла.

— Ну не всю же жизнь мне оставаться маленькой бандиткой с двумя косичками.

— А ты не изменилась.

— Ничуть… и ты тоже.

Девушкой в белой шапочке и бирюзовой куртке, рассыпавшей бумаги оказалась моя старая знакомая, вернее его знакомая… Собрав листы мы присели на лавочке в парке. Она долго расспрашивала меня о моей жизни, о родителях, о моих делах, но как я ни старалась уходила от вопросов касающихся её самой. Но как только наш разговор зашёл о нём, она не сдержалась.

— Я тоже его любила, — выдавила Марина из глубины себя. Я обомлела… Она никогда раньше не говорила об этом.

— Почему ты не сказала ему? — Она задумчиво опустила глаза и лишь спустя короткое молчание вновь заговорила…

— Я не знаю, я не решилась, не хватило сил или смелости. Он был так красив, так идеален, словно божество на которое можно лишь любоваться, не приближаясь, не говоря… и тем более вокруг него всегда крутилось столько девчонок, красивых, стройных, умных и я… посмотри на меня, разве он посмотрел бы, обратил свое внимание на такую как я?

— Ты ему тоже нравилась, — я начала вспоминать, ведь он говорил мне о ней, говорил неоднократно, о робкой милой девушке похожей на ангела, которая понимала каждое его слово, да и их ему не всегда было нужно произносить. А ведь он, так же как и она боялся подойти к ней, потому что она другая, так говорил мой брат и сейчас я стала понимать почему, но сказать всего ей не могла. — Как, на личном, вышла замуж? Детки есть.

— Нет, ни мужа, ни детей, ни личной жизни, только работа ей и живем. — Она равнодушно улыбнулась и попыталась перевести тему.

— Почему?

— Ты же помнишь его, я знаю ты его помнишь. Я искала, смотрела, присматривалась, пытаясь найти в ком-то хоть что-то он него, но безуспешно. Я не хочу предавать его память, не смогу забыть его глаз, его смеха, не смогу посмотреть на кого-то другого так как смотрела на него. Я не сошла с ума, это мое решение, мое желание.

— Это любовь… — я уже не могла сдержать слез — знаешь, может быть если бы тогда он выбрал именно тебя, все было бы по-другому…

— Я часто об этом думаю, во всем этом виновата лишь я. Если бы ты только знала, какой я была глупой. Как сильно я боялась показать ему что люблю, каждый раз отводя глаза когда он проходил мимо я делала вид что не замечаю его, хотя всегда чувствовала его прожигающий взгляд, ловила каждое его движение. Но он и не подозревал об этом, ведь я могла любоваться им только со спины убедившись в том, что он не видит меня. Я боялась выдать себя, боялась что он посмеётся над глупой девчонкой, очередной — потерявшей от него голову дуррой. Как часто я хотела заговорить с ним, но лишь услышав его голос вставала в ступор не в силах повернуть головы.

— А он был уверен, что ты его презираешь.

— Нет, я лишь избегала его. В один прекрасный момент даже обещала себе, что больше никогда не посмотрю на него. Но не сдержала обещания. Он заставил меня посмотреть, перед таем как уехал, тогда я видела его живым в последний раз. Я видела что он прошел, видела что посмотрел, но не обернулась, а когда он прошел ещё раз и окликнул знаешь, по сердцу словно лезвие черкнуло, я не хотела знала что будет еще больнее, но он окликнул второй раз, и мне пришлось… — меня терзала лишь один вопрос «Почему?», она будто услышала его и сквозь поток слез продолжила свой печальный рассказ. — Если бы ты только знала как я желала подбежать к нему, кинуться к нему на шею целовать его губы, умолять не уезжать, сказать ему что он самый лучший, что он мой воздух, он моя жизнь… но там была она, я не видела её, но ощущала её присутствие. С тех пор каждый день закрывая глаза я видела его лицо, а потом случайно узнала что его больше нет. Я была на его похоронах но так и не решилась подойти, я хотела запомнить его живым, я не смогла, понимаешь, не смогла…

— Почему ты не сказала?

— А что бы было с ним? Я прекрасно знаю Дашу, из этого получилась бы очередная сногсшибательная истерика, в которой он опять чувствовал бы себя виноватым. А я не хотела этого. Слишком сильно я его любила.

— Почему ты не боролась?

— Я думала он счастлив, я была уверенна что у него все хорошо, и мне было этого достаточно. Какая разница с кем он, главное ведь не это, главное что ему было хорошо, для него было так лучше.

— Да что ты знаешь? — не сдержалась я… — Она его использовала, вила из него нитки, плела интриги против всех кто был ему дорог, манипулировала им словно марионеткой, а он не замечал этого, он думал что любит её, а она убеждала его в том что любит его, но никакой любви там и близко не было. А если бы и была, она не придала бы его с такой легкостью обменяв на другого, который был для нее более удобным вариантом.

— Не говори так! Он был счастлив!

— Он был счастлив в мире собственных иллюзий, который пал под натиском реальности. Если бы он был счастлив, он был бы сейчас жив…

— Я виновата… как же я виновата…

— Я не виню ни тебя ни её, такова была судьба, она сыграла свою злую шутку. Я тоже не смогла быть рядом с ним, и уже никогда не смогу простить себя за это. Не плачь. Пожалуйста. Давай будем помнить его живым…

Мы сидели в заснеженном парке, не считая времени, окунаясь в теплые воспоминания о детстве, о счастье и о нем. Она рассказывала о том, о чем молчала почти пятнадцать лет. Марина взахлеб говорила о любви к нему, она помнила каждое его слово, каждую их встречу, с того самого момента, как впервые увидела его, не зная даже имени она полюбила моего брата всем сердцем. Но ему так и не удалось узнать об этом.