Тони осторожно стал опускать возлюбленного на свой член, но получалось это едва. Поза была недостаточно удобна, но им обоим не хотелось ничего менять, для влюбленных сердец сейчас все было идеально.
— Я выдержу, Тони, прошу… — прохныкал Питер, крепко сжимая в объятиях своего мужчину и оставляя первый в своей жизни засос на его шее.
— Такой горячий, такой тесный и мягкий, карапуз, внутри ты такой гладкий, что похож на персик, — стонал мужчина, протиснув головку в тугую дырку. Паркеру было до такой степени хорошо, что он даже не понимал от чего больше, от тех слов, что говорил Старк или от его члена в заднице Питера.
Тони вошел до конца, шлепнув своими яйцами по нежным ягодицам, и стал подкидывать мальчика своими бедрами, даря огромное наслаждение им обоим. Они оба держались очень долго, двигаясь навстречу друг другу и постоянно оттягивая финал. Питер себе все лопатки о стену позади него отбил и пару раз даже затылком приложился, но не замечал этого, потому что все ощущения были сконцентрированы на толстом члене, который елозил прямо по его простате.
— Я люблю тебя, детка, всегда любил, — Старк входил рвано. — Как же я себя ненавидел за то, что хотел тебя, я даже исповедоваться ходил, хотя прекрасно в курсе, что Бог давно оставил нас, — стонал он в самое ушко мальчишки, вбиваясь в его тело.
— Но разве любовь это грех? — скулил Паучок, подмахивая задницей навстречу Тони, расцарапывая его спину до крови.
— Конечно грех, когда любишь так безумно, как я люблю тебя, ты ведь понимаешь, что если у меня станет выбор: ты или вселенная, то я выберу тебя! — признался Железный Человек, оттягивая голову Питера за волосы и кусая его шею. — Прости меня за боль, что я причинил тебе, прости, что вынудил тебя признаться первым, да еще и не тому. Во всем виноват лишь я, Питти, и остаток своей жизни, я буду пытаться искупить свою вину. Я буду любить тебя, ласкать тебя и трахать каждый чертов день, пока жизнь на этой планете не изживет себя, — Тони ускорился, вколачиваясь в тело любовника, пока по щекам Питера не побежали слезы, мужчина замер. — Малыш, я сделал слишком больно, почему ты плачешь? — испугался Старк, но это лишь обостряло их ощущения.
— Я плачу, потому что я счастлив, Тони, я наконец-то по-настоящему счастлив, — всхлипнул Паучок, а мужчина продолжил свои фрикции, сцеловывая слезы Питера. Они кончили одновременно, ярко и шумно, и медленно оседая на пол.
Старк крепко сжимал Паркера в своих объятиях, успокаивающе гладя мальчика по волосам, который испытал мощнейший оргазм в своей жизни и продолжал плакать.
— Со мной это было лучше? — шмыгая носом спросил Паучок, положив голову на плечо мужчины.
— Питер-р, ты такой, что вряд ли с тобой сравнится хотя бы одна из миллиона твоих версий, — искренне ответил Старк. Он любил своего мальчика в любой жизни, но все-таки именно этот малыш был предначертан ему судьбой.
— И я о тебе такого же мнения, — признался Питер, заглянув в глаза любимого, и их губы снова слились в жарком поцелуе. Впереди у них была вечность рядом друг с другом, потому что Тони планировал испытать сыворотку Брюса на себе. Потому что он никогда не будет готов расстаться со своим мальчиком. Он будет любить его вечно и даже дольше, и его чувства всегда будут взаимны.
Питер Паркер больше не сомневался в себе и своих чувствах, а Тони Старк больше не прятал свою голову в песок, когда дело касалось любви.
====== Ром Хауни ======
Роберт не мог понять, что произошло, потому что секунду назад он был на свалке и они вместе со Скарлетт касались Хана, а теперь они были на какой-то станции и держали руки на лице Микки Рурка. Воспоминания Тони накатили на него подобно цунами, а после пришло осознание ситуации. Дауни и подумать не мог, что у Старка здесь тоже была заварушка, да еще ни с кем-нибудь, а с Иваном Ванко, который чуть не убил Тома.
— Том! — сердце мужчины сжалось, когда он пережил эмоции Тони от падения Холланда вниз. Актер повернул голову и встретился взглядом с дрожащим, как осиновый лист на ветру, Томом. Юноша был в слезах, а те эмоции, что были в его глазах, едва ли можно было прочитать. — Том? Это я…
— Постой! — вдруг ответил юный актер, выставляя руки вперед в защитном жесте, когда Роберт вознамерился подойти к нему. — Дай, дай мне минутку, — парнишка переживал сильный шок. Возможно, герои Марвел привыкли к подобным ситуациям, а вот Холланду, жившему в обычном реальном мире надо было немного времени.
— Малыш, это ведь я. Роберт, — Дауни начал переживать, не такой реакции он ожидал от любимого, привык уже к психологически закаленному Питеру. Забыл уже, как сам срывался в истерику от понимания того, что мир Тони Старка не вымысел.
Холланд медленно сел на решетку, держась за металлические прутья, и позволил себе по-настоящему разрыдаться. Вместе с его слезами и всхлипами из сердца уходила вся боль и тоска, которые он испытал, когда Тони оставил его. Скарлетт медленно подошла к Роберту и положила руку на его плечо в металлической броне. Роберта потряхивало, и он стал срывать с себя броню Железного Человека, которая вдруг стала ему ненавистна.
— Тише-тише, Роб, ты не понимаешь, успокойся, дай ему чуть-чуть времени все осознать, Роберт, не горячись, — Йохансон пыталась остудить пыл мужчины, потому что она была в состоянии понять Тома, потому что они были обычными, в отличие от Дауни, который практически слился со Старком и теперь на все вещи смотрел иначе.
— Успокоиться?! Он плачет из-за него! Потому что чертов Тони Старк смог дать ему то, на что я никогда не решался! И ты говоришь мне успокоиться?! Ты серьезно? — закричал мужчина, а Холланд пришел в себя от этого крика.
— Роберт, нет, все…все хорошо, я не… — юноша встал на ноги и утер мокрые дорожки слез рукавом своей толстовки.
— Все хорошо? Что-то я не заметил, чтобы ты был рад моему возвращению! — процедил сквозь зубы Дауни, обжигая мальчишку холодным взглядом. — Так легко позабыл меня за эти две недели? Предпочел свободного и ничем не обремененного героя комиксов? — актера несло, и он говорил очень неправильные вещи, пока Холланд не подошел достаточно близко и не дал ему хорошую пощечину.
Том всегда ходил перед Дауни буквально на цыпочках, всегда переживал, что мужчина его бросит и потому тщательно следил за тем, что говорит и что делает. Но Тони показал Холланду, что возможно ему стоило быть чуточку настойчивее с Робертом, чтобы они наконец-то освободились от всех оков и были счастливы вместе.
— Очухался?! — усмехнулся юный актер, когда увидел протрезвевший взгляд своего любимого. Теперь его глаза были полны вины, а рот, который наговорил много гадких слов, был плотно сжат, видимо, чтобы еще чего-нибудь не ляпнуть. — Хорошо, — кивнул Том и схватил мужчину за грудки. — А теперь поцелуй уже меня, — чуть улыбнулся юноша и тут же был сжат в крепких мужских объятиях и награжден горячим и чувственным поцелуем.
Они словно стали одним целым, достигли полного единения в этом поцелуе. И пока Роберт жадно пил с губ своего возлюбленного, память Тони все более яркими картинами оживала в голове актера, теперь он смог узнать все, что было между Томом и Старком. Мужчина теперь знал все то хорошее, что случилось между супергероем и его любимым за эти две недели, включая то, что первый оформил развод и предложил второму съехаться. Но самым поразительным это было их расставание. Оно было столь же горьким и болезненным, как его собственное расставание с Питером. Дауни больше не злился, он понимал, а если и злился то только на себя и на свою несдержанность.
Скарлетт присвистнула, глядя на влюбленных голубков, которые оба успели пережить истерику. А после перевела взгляд на очнувшегося Микки, тот боязно озирался по сторонам, не понимая, что произошло на этот раз. Все это время он провел в одной из тюрьм другой реальности. Когда они с Ванко поменялись местами, Рурк вылез из квартирки, в которой скрывался преступник, конечно, актер не понимая, где он оказался, пошел в отделение полиции за помощью и был опознан, как преступник, угодив за решетку. Так что теперь Иван в мире Марвел сидит в клетке строгого режима.
— Эй, Мик, ты в порядке! Мы в нашем мире! — сказала Йохансон присев перед мужчиной.
— Скарлетт?! Роберт?! Вы что тоже были там??? — ужаснулся мужчина, оглядев броню на себе. — И почему я в доспехах? Мы точно в своем мире или в средневековье?
Дауни с трудом оторвался от нежных губ Холланда, но продолжил крепко сжимать его в объятиях. Мальчишка льнул к такому родному ему человеку, наслаждаясь теплом его тела. Их словно примагнитило, потеряв друг друга однажды, они больше не намерены были расставаться дальше, чем на полметра.