— Я не могу гарантировать но, насколько мне известно, Гильдия Убийц, потерявшая заместителя главы гильдии, и Академия Эирфрут пришли к некоему соглашению и в это же время Профессор Альтуджис исчез с глаз публики.
Проведя ладонью по подбородку, Сончул кивнул. В этом есть смысл. Номер два всей гильдии убийц, где, как известно, собирались величайшие убийцы, проиграл дуэль никому не известному Магу, этого было бы вполне достаточно, чтобы окунуть репутацию гильдии в отборнейшие помои. Для гильдии гораздо выгоднее было просто замолчать инцидент, заключив сделку и заперев виновника в стенах школы.
— Так каково будет Ваше решение? Если Вы желаете отправиться в Логотейт, то я попробую организовать перевод. В конце концов, у меня ещё осталось золото и драгоценные камни.
Сончул вновь застыл на перекрестке. Академия Эирфрут больше не может выполнять функцию учебного заведения, а слухи об Альтджисе никак не подтверждены. Таким образом, если он все–таки решит остаться в Академии, то подвергает себя чрезвычайно серьезному риску.
Он не мог ничего сказать наверняка, и этот момент кое–что сильно ему напомнил, а именно то время, когда он решал, проходить ли ему испытания Экхарта или нет. Обернется ли эта ситуация благом либо же нет, решится только тогда, когда он сделает последний шаг. Однако Сончула можно было назвать конченым эгоистом, если дело касалось возможного усиления. Он всегда выбирает самый рисковый путь, если на этом пути его могут ждать величайшие награды.
— Я останусь в Эирфруте. Если у меня есть возможность обучаться Магии у человека, способного одолеть заместителя главы Гильдии Убийц то, что может быть лучше этого?
На следующий день, совершенно новый человек поднимался к зданию Космомантии. Одежда этого человека походила не на студенческое одеяние, а скорее напоминала одежды бездомного. Каждое утро этот человек поднимался на скалу к обсерватории и обращался к её обитателю. Он получал книгу у старого упрямого профессора и читал её до глубокой ночи. Спустя неделю он окончил занятия с книгой, которую дал ему профессор и, возвращая в этот раз книгу, он сказал.
— Нет ли у Вас другой книги?
— …
Старик, ничего не говоря, вытащил ещё одну книгу из своего духовного хранилища.
Одна книга, две книги, три книги… Число книг, которые он вытаскивал из хранилища, все продолжало расти. Когда он вытащил восемнадцатую по счёту книгу, то отрывисто заговорил, обращаясь к странному парню которого ещё не принял как своего ученика.
— Я одолжу тебе эти книги, но я только одолжу тебе их, ничего больше.
Сончул пристально оглядел стопку книг, возвышающуюся во весь его рост и, схватив одну, отправился к себе в угол, принявшись изучать.
«Необычный парень».
Это не была какая–то игра или же трюк. Сончул и правда, с искренним интересом читал магический фолиант, превращая мощь, скрытую на его страницах в свою собственную. Этой неподдельной страсти оказалось достаточно, чтобы пробудить давно забытое чувство казалось–бы давно похороненное глубоко в душе Альтуджиса. Его взгляд, направленный на Сончула, начал понемногу меняться, тем не менее, он не мог позволить себе выразить ни одну из этих эмоций. Все это из–за волчьего выкормыша, лениво развалившегося на гамаке и следящего за ним пристальным взглядом. Когда их глаза встретились, Леонард Санктум, странно улыбнувшись, громко пробормотал.
— Ах! Когда же я, наконец, научусь хоть немного Космомантии. Ничто не может расстроить ученика, в сердце которого есть место только для его дорогого старого учителя.
Этот парень, ранее бывший его учеником, сейчас ставший Адептом Бедствия.
Глава 36. Альтуджис (часть 2)
— Эй, ты там.
Это было чем–то невообразимым, Альтуджис сам, первым, заговорил с Сончулом.
— …
Однако тот никак на это не отреагировал. Все его внимание было сосредоточенно на чтении книг.
— Эй, я к тебе обращаюсь, призванный.
Когда его окликнули второй раз, Сончул все же поднял голову, уставившись на старого Мага. В это же время Леонард Санктум, лениво лежащий в гамаке, заслышав голос, приподнялся, дабы иметь возможность лучше наблюдать за происходящим. Альтуджис заговорил.
— Как мне кажется, ты проводишь здесь все свое время, с тех пор как поступил. У тебя есть куратор?
— Нет, нету.
Сончул не мог вспомнить, чтобы он слышал что–либо о подобном. С губ Альтуджиса сорвалось тихое ворчание.
«Пусть школа и находится в её нынешнем состоянии, но не дать ученику даже базовой информации…»
Похоже, Леонард разделял возмущения своего бывшего учителя:
— О, Господи! Прошла уже целая неделя, а ты до сих пор не выбрал себе куратора? — веселый голос раздался в пустом зале, эхом отражаясь от стен. Немного погодя Сончул задал встречный вопрос.