Есямэта не отставал от Нярвей, внимательно приглядываясь к вещам.
— Ты обманул меня? — Нярвей прищурила глаза и в упор посмотрела на толстяка.
— Почему обманул? — Есямэта сильно дернул Нярвей за руку и потащил за собой. Толстяк привел ее к кустам яры, где лежал капкан.
— Разуй шире глаза и смотри!
Нярвей присела. Внимательно стала вертеть тяжелый капкан. Попробовала открыть зубастую пасть. Понюхала ржавые скобы. Потом пригнулась к земле и стала старательно изучать цепочки звериных и птичьих следов.
Неожиданно девочка громко засмеялась.
— Охотник, разуй глаза! Охотник!
— Что там?
— А ты читай! — Нярвей продолжала заразительно смеяться все смелее и смелее. — Следы собачьи!
— Худая у тебя башка! — обиделся Есямэта. — Охотника вздумала учить. Как хлопну сейчас!
— Учить никогда не поздно. А руками ты не размахивай, я не боюсь тебя! — сказала Нярвей. — Я начну охотиться, если ты не умеешь. Если Хосейка решил на собак капканы ставить, вы с ним всех переловите! Пойду привяжу Пушка!
Есямэта больше не мог сдержаться: девчонка учила мужчину! Он сжал кулаки и бросился на нее.
Но Нярвей не стала дожидаться расправы. Она побежала вдоль ручья, озабоченно выкрикивая:
— Надо спасать Пушка! Пойду всем расскажу, что собак ловят капканами!
Есямэта вернулся к кусту яры. Внимательно осмотрел следы. Они в самом деле показались ему собачьими. Но Хосейка собирался караулить большую черную лисицу. Да его ли это капкан? А зачем тогда взял ружье и патрон?
Толстяк пожалел, что не поверил Хосейке. Наверное, дуракам всегда так везет на свете. Сколько раз он ходил на охоту, но никогда не встречал черную лисицу.
«Подожду я Хосейку, — подумал Есямэта. — Скоро придет. Дам ему еще патронов. Уговорю его вдвоем охотиться. Кто бы ни убил большую черную лисицу — на двоих. За лисицу можно купить двустволку!»
Есямэта остался доволен планом. Торопливо направился к чуму Хосейки.
Из мокодана, обкуривая концы острых шестов, подымался белый дымок. Пахло наваристым супом.
Хосейка оказался в чуме. На низком столике разложены тетради и книги.
— Решил уроки делать? — спросил Есямэта.
— Мария Ивановна шибко ругалась.
— Знаю. Ходил караулить лисицу?
— Один раз.
— Стрелял?
Хосейка закашлялся. А потом принялся громко чихать.
— Простудился?
— Наверное.
— Горячий чай пей. Попал в лисицу?