И вдруг мы выехали на огромное заасфальтированное пространство, среди которого поднимались почти в небо прямоугольные мраморные дворцы.
— Правильно! — усмехнулся Саша.
Среди этих марсианских зданий мы отыскали Министерство иностранных дел, Александр с трудом расчесал оставшиеся пыльные локоны и ушёл внутрь.
Вскоре он вернулся с аккуратно причёсанным мальчиком в отличном костюме. Только что были пыльные дехкане — и вот!
— Референт министра иностранных дел Джемал Садыков.
— Что вас интересует? — безошибочно обратился тот к Максиму.
— Что меня интересует? — Максим протёр пыльные очки, поднял пыльные веки. — Во всяком случае не то, что вы мне будете здесь показывать! Где бы я ни был, меня интересует лишь андерграунд!
Референт удивлённо поднял бровь.
— Андерграунд, именно! То, что повсюду противостоит официозу — как в политике, так и в искусстве! — Максим гордо откинулся на пыльное сиденье.
— Андерграунда у нас нет! — твёрдо ответил референт.
В холле отеля (как всегда, сам уладив все дела с администрацией) Александр закинул свою сумку на плечо, взял чемоданы Николь и уверенно пошёл с ней. К некоторому неудобству для него мой номер оказался соседним. Александр нежно пропустил Николь внутрь, а сам чуть замешкался с багажом.
— Вот так! — твёрдо выдержав мой взгляд, проговорил он. — Простая рабочая девушка из Парижа полюбила меня. Всей душой. Есть вопросы?
— Вопросов нет.
— Тогда иди к этому. Разберись же в конце концов! И если он будет продолжать вякать!.. — он в сердцах захлопнул дверь.
Я постучалась к Максиму. Он стоял посреди комнаты в своем френче и сандалетах и задумчиво смотрел вверх. В наклонном потолке номера слепило глаз огромное солнечное окно.
— Тут должны быть такие... горизонтальные шторы! — он соединил ладони вместе, потом медленно их развёл.
— Наверное, тут нет горизонтальных штор, — терпеливо проговорила я. — Позвони в администрацию.
— Я уже звонил, — медленно произнёс он. — Их нет.
— И... что?
— Попытаюсь купить их в городе.
— Но мы тут всего на день!
— Попытаюсь купить их в городе.
— Но... тут их, наверное, нет.
— В любом цивилизованном городе должны быть горизонтальные шторы! «Горизонтал кетнз»! — уже язвительно добавил он. — Если у тебя нет ко мне дела... — он бесцеремонно указал рукой на дверь.
Потом я стояла у себя на балконе и страстно смотрела, как он с достоинством удаляется по пыльной улице, исчезает и снова мерным шагом поднимается на холмы, он подходил к сидящим на корточках крестьянам, сводил вместе ладони, разводил. Люди с интересом смотрели на него, верблюды тоже.
Я почувствовала какое-то напряжение сбоку. Я повернулась. На соседнем балконе стоял Алекс и так же страстно смотрел вслед Максиму.
И тут меня осенило.
Я быстро сбежала вниз.
— Дайте, пожалуйста, на минутку наши паспорта — я спишу их номера для Аэрофлота.
Всё! Так и есть! Меня качнуло. Паншин А.Д... Паншин М.А! Сын!