— Не могу сейчас приехать я. Много есть работы. Но Джуди все сделает хорошо!
Не сомневаюсь.
— Не плачь!
Это он в самую точку попал: именно этим я и собиралась заняться.
— Мы с Ксюшей... увидим тебя... в прошлом.
Ошибся маленечко... Но опять в самую точку попал. В прошлом — было, действительно.
— Прош-шай!
И это тоже правильно. Хотя, если бы хорошо знал русский, «до свидания» сказал. Выходит, кто меньше язык знает — меньше врет?
Гудки. Все. Я упала в кресло. Радость сползала с личика Изергиной. Появилась злоба: вот, мол, хочешь порадовать, и где же благодарность? Сейчас изобразим. Улыбнулась. Начальница успокоилась. Но ненадолго.
— Ну что? Ксюхины дела все готовы? — бодро осведомилась я.
— Ну! — Изергина так же бодро кивнула на папку с тесемками.
— А можно посмотреть? — Я улыбнулась невинно.
Краска вдруг стала сползать с ее лица.
— Нет... это не то. — Она торопливо сунула папку в стол, стала судорожно хлопать ладошкой по столу, на котором ничего не было, кроме скрепок. — Сейчас. — Она встала. — Нет. Потом. — Она села. — Сейчас мне... срочно позвонить надо.
...Почему я вышла тогда?
Давно уже я не ходила столько по городу! Осень, оказывается. Октябрь. Долго стояла на главной площади. Покрашенный бронзовой краской Ильич облупился, как никогда. Перестройка!
Нет... К отцу я не пойду. Его стальное сердце не разморозишь...
Гриня. Вот кто! Он завздравоохранением — и мой друг. И он — скажет, увидев сейчас меня. У него-то, надеюсь я, еще живое сердце?.. Он скажет... если есть что.
Я взлетела по лестнице.
— ...Бред! Хотя — вполне естественный. Я понимаю тебя.
— А как же... окно?
— Да. Ты была там. Но... выкатили тебя оттуда... одну. А ее... вынесли. Мертвую.
— А ты, что ли, был там?!
— Нет... Но ты так рассказываешь! — улыбнулся он. — А сон... Это так... мечта. То, что мы хотели бы... Вот.
Он умолк. Но чувствовал, что я не успокоилась.
— Григорий Васильевич! — всунулась секретарша.
Он с досадой махнул рукой, и она исчезла.
Да, я не успокоилась. Это чувствовал он.
— Ну ладно! — с отчаянием вымолвил он. — Ты правильно чуешь. Не обманешь тебя! Есть тут одна... тайна!
— Ну... скажи...