Подняв руку, сержант заставил их замолчать.
– Если буду двигаться медленно, держась за веревку, я смогу прощупать доски настила. Если что-то затрещит, я всегда успею отпрыгнуть назад.
– Кев, нет, – вновь запротестовала Стейси. Сержант собирался намеренно усилить давление на поврежденную часть настила. При этом он не мог знать, какие из половиц ослаблены и какой вес они способны выдержать.
Кевин посмотрел девушке прямо в глаза.
– Я должен это сделать, Стейс, – сказал он.
Констебль покачала головой, хотя и понимала, что с каждым мгновением нагрузка на единственный брус, на котором стоял ребенок, растет. Он мог лопнуть в любую секунду.
– Не будь идиотом, – сказал Брайант.
– Если у вас есть что предложить мне взамен, то я готов вас выслушать, – отозвался Доусон, снимая куртку и ботинки.
Покачав головой, его коллега промолчал.
Кевин сделал глубокий вдох, схватился за веревку и сделал первый осторожный шаг.
Ничего не произошло.
Еще один шаг.
Опять ничего.
Когда он сделал третий, Стейси поняла, что не дышит.
Сержант сделал четвертый шаг. Он был похож на человека, приближающегося к полынье во льду.
Еще один.
Треск.
Доусон был всего в метре от цели. Еще два шага.
– Кев… – прошептала Стейси.
Еще один шаг.
Громкий треск.
И еще один.
Доски настила под ногой полицейского исчезли. Джеффри схватился за веревку, а половицы продолжали сыпаться вниз.
Вуд и Брайант дернулись вперед.
– Назад, Стейси! – одернул девушку Кевин.
То, что он сделал, еще больше ослабило крепление настила. Его коллеги были в безопасности, только когда стояли вплотную к стене. Дотянуться до Доусона констебль не смогла бы.
– Держись крепче, Джеффри, – раздался голос Кевина у них над головами – теперь и полицейский и мальчик висели на одной веревке. – Только не разжимай руки.
– Л-ладно, – заикаясь, ответил Пиготт.
– А теперь мне нужна твоя помощь, чтобы раскачать веревку. Ты меня понял, парень? – спросил Кевин. – Вдвоем мы сможем это сделать.
– Понял, – отважно ответил Джеффри, хотя Стейси ощущала охвативший его ужас.