– Что именно? Я же мыслей не читаю, Шани?
Говорит отец, как самый спокойный. Я моргаю глазами, и крепче прижимаю полотенце к носу.
– Пап, почему только сейчас? Почему вы раньше молчали? Почему меня не учили? Почему – так?
Отец смотрел ласково и тепло.
– Солнышко, а как ты себе это представляешь? Шани, ты наша дочь и маг разума – в перспективе? Сильный маг?
Я подумала.
Представила себе эту картину, впечатлилась, подумала еще раз.
– Я бы не рассказала! Никому!
– И не начала бы снимать браслет? Тренироваться? Пробовать свои силы?
– Эммм…
Я задумалась еще раз.
Начала бы?
Нет?
Начала бы… папа прав, полностью и целиком. Я попробовала бы, хоть с животными, хоть с кем, я бы не устояла.
– Если человек делит свое поведение на две половинки, допустим, дома ты вела бы себя, как маг разума, а на людях, как обычный ребенок, ты бы выдала себя, Шани. Рано или поздно, так или иначе… это как хорошие манеры. Аристократ никогда не сможет стать крестьянином – и наоборот. Из крестьянки не сделаешь герцогиню.
Я и не спорила, сдались они мне, что первые, что вторые. Но… неужели мама права?
– Мы – другие. Мы тиртанцы, мы иначе говорим, иначе двигаемся, думаем, мы лет семь кочевали с места на место, привыкая к Риолону. Потом уже осели на баронских землях, и то – сколько раз мы были в деревне?
Мало.
– Мы с кем-то водим дружбу?
– Н-нет… я думала, это потому, что папа – лесник? И от него браконьерам достается?
– И так тоже. Но ведь лес большой, тут не уследишь, здесь упустишь, всегда есть возможность договориться, подружиться? Понимаешь?
Я понимала. Мих пару раз о чем-то таком говорил, просто мне было неинтересно. Папа ведь знает, как лучше?
– Понимаю.
– Мы живем на отшибе не просто так. Мы стараемся держаться подальше от людей….
– Сколько? Всю жизнь?
Отец вздохнул. Опустил голову, помолчал пару минут…
– Не знаю, Шани. Просто – не знаю. Мы старались уберечь вас. Хорошо ли, плохо, пока Корс был маленьким, мы не имели права рисковать. Или ты бы где-то прокололась, или рядом оказался бы маг, или холоп – кто знает? Бежать и скрываться с двумя детьми на руках? Или вообще жить в лесу? Как ты себе это представляешь?
Я не представляла.
Родители были правы. И когда молчали, и когда пытались отвадить Миха…
По сердцу резануло острой болью.