— Обо всём! Сгустил краски, признавайся? Иначе Нэй не приехала бы.
Обрадованно переспрашивает:
— Так она всё-таки приезжала?
— Да!
— И чем же ты недоволен?
— Всем!
На всякий случай Виг переползает по стулу в сторону, чуть более удалённую от того места, до которого я могу дотянуться.
— Я думал…
— Правда? И как долго?
— Рэй, в самом деле… Это был такой чудный момент для примирения!
— Да уж, чудный.
— Разве нет? Любящая жена, поспешившая к недомогающему мужу, — чем не сюжет для сказки со счастливым финалом?
— Сказка…
Я опрокинул в рот всё содержимое чашки, чтобы вкусом авака забить горечь мыслей. Хотя бы на несколько минут.
Вигер присматривался ко мне, опасаясь, как предполагаю, уже не за целостность собственной челюсти, а за моё душевное равновесие.
— Случилось что-то плохое?
— Да.
Лаконичность ответа моего друга не удовлетворила:
— Что именно?
— Неважно.
— Рэй, посмотри на меня, пожалуйста!
Я нехотя поднял глаза, встречая серый и мягкий, как пепел, взгляд.
— Что случилось?
— Да так… Безделица одна.
— Безделица тебя бы не огорчила, — разумно заключил Виг. — Учти, я не отстану, пока не узнаю достаточно, чтобы…
— Чтобы натворить ещё больших бед? Знаю.
— Рэй, да что стряслось?
— Сказано же: безделица! Она должна была произойти. Однажды. Но я рассчитывал, что всё случится несколько позже, чем случилось.
Я вышел на террасу и опёрся об ажурную решётку ограждения.
— Всё плохо, да? — робкий вопрос.