— «Лунное серебро»? Какое из трёх?
— Выплаканное Ка-Йен.
— О!
На простоватой физиономии появилась хитрющая и довольная улыбка, улыбка человека, который наконец-то понял, откуда и куда ведёт дорога.
— Вам что-то об этом известно?
— Немного. Но, если позволите, поговорим позже. Продолжайте, прошу вас!
— К счастью, от речной воды сходят с ума не все подряд люди, а только некоторые. Но даже малого количества безумных достаточно, чтобы вызвать серьёзные неприятности, поэтому существует служба, которая выявляет среди вновь прибывающих в Антрею тех, кто может быть подвержен безумию.
— Соответственно, таковых в город не пускают?
— Не пускают.
— А вы как раз служите…
— Я возглавляю эту службу.
Он нахмурился, видимо, сопоставив полученные сведения и собственные впечатления:
— Но тогда вы не должны лично встречать каждого приезжего.
— Почему?
— На это должны быть подручные.
— Не-а.
— Что?
— Их нет.
— Почему?
Начинает повторяться с вопросами. Наверное, от удивления, которое становится всё заметнее.
— Потому. Я сам себе и командир, и солдат. Из всех жителей Антреи только я один могу определить предрасположенность к безумию.
— Интересно. Ваша способность… естественная?
— Нет.
Он помолчал, задумчиво скрестив руки на груди.
— Знаете… Не надо больше ничего рассказывать.
— А это вовсе не тайна. Вся Антреа знает, что я — изменённый.
Джерон сдвинул брови и пристально посмотрел на меня. Просто посмотрел, но в какой-то момент я почувствовал: что-то происходит. Ощущение не было неприятным и напомнило мне мои собственные чувства, когда кого-нибудь читаю. А потом все снова успокоилось, и парень, похоже удовлетворённый проведённым исследованием, улыбнулся:
— Действительно, кружево сдвоенное, но дополнительный фрагмент не просто наложен, а выращен… Тонкая работа.
— Работа? Чья?
— Того, кто изменял.