— Я, конечно, многого не знаю и ещё большего не понимаю, но вижу перед собой человека, у которого был трудный день. Так какого фрэлла вы ещё здесь, а не в трактире с кружкой эля в руке?
Действительно, какого? Напряжение проросло смехом и выплеснулось наружу. Парень дождался, пока все смешинки взмоют с моих губ в воздух, и спросил:
— Я не прав?
— Правы, но не во всём. Собственно, ошибка только одна: в наших краях в подобных случаях говорят «какого ххага!».
— Хорошо, повторю вопрос: какого ххага вы…
— Не люблю пить в одиночестве. Составите компанию?
Тринадцатый день месяца Первых Гроз
Рука, шарящая по постели, наткнулась на что-то шершавое и холодное. Что бы это могло быть? Открыть глаза и посмотреть? Ой, не хочется после вчерашнего… Стоп. А что было вчера?
Я рывком сел и только потом осторожно раздвинул веки.
Так. Зачем-то уложил в кровать вместе с собой шпагу. Хорошо ещё, в ножнах. Да, если бы моя острозубая daneke предавалась сновидениям без своей «одёжки», у меня имелся шанс здорово порезаться: судя по взборонённым простыням, спал я крепко, только беспокойно. Но из-за чего?
Или из-за кого: с кухни доносится голос. Мужской. Тарма ещё не вернулась от родственников, следовательно, это не может быть конюх, он же садовник. Тогда кто?
Прямо в ночной рубашке спускаюсь вниз. Ни одна дверь не закрыта, что за свинство? Значит, запираться не стал, а шпагу с собой всё же прихватил. Странное поведение даже для меня: если в доме посторонний, следовало бы подумать о возведении оборонительных укреплений. Или же я, напротив, отходя ко сну, думал о том, чтобы иметь возможность услышать, если что-то случится с моим гостем? Гостем… Гостем!
А вот и он — орудует ножом, разбирая куски рыбы на кухонном столе. Кошаки крутятся под ногами, тыкаясь лбами в голые икры. Э, знакомые штаны! А рубашки нет вовсе, что позволяет сделать любопытное открытие: парень вовсе не такой хилый, каким кажется в одежде. Да, не гора мышц, но, признаюсь, поостерёгся бы недооценивать человека с подобным образом развитой спиной.
— Не все сразу, мои хорошие, не все сразу… А вам, сударь, следовало бы пропустить вперёд даму! Подождите минутку, ещё несколько косточек выну и…
— Ранняя пташка?
Джерон обернулся и приветственно махнул рукой:
— Доброго утра! Вы хорошо спали?
— Понятия не имею.
Я порылся в шкафу, выудил чашку, показавшуюся на заспанный взгляд чистой, черпнул из ведра воды и пригубил. Истинное блаженство!
— Сушит?
— Ещё как!
— Вы немного перебрали вчера.
— Догадываюсь. Но, как мне помнится, вы не особенно отставали, и всё же бодрости в вас куда больше.
Джерон вздохнул:
— Дурацкое свойство: если выпиваю больше положенного, вскакиваю ни свет ни заря, полный сил и не могу успокоиться, пока их не истрачу. Глупо, правда?
— Удобно.
— Вы так считаете? О, совсем забыл — я устроил маленькую постирушку и позаимствовал кое-что из ваших вещей, пока мои не высохнут.
Машу рукой:
— Ничего, ничего, я не в обиде… А почему, собственно, потребовалась стирка? Вроде вчера ваша одежда выглядела вполне пристойно. Или вечером?..
— Нет, что вы! Мне нужно будет посетить одного достойного человека, и хочется выглядеть подобающе визиту.