Воровка чар. Нечисть, нежить, нелюдь: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я подняла голову, тонкий визгливый звук, как от ржавой пилы, поселился внутри, причиняя боль. Вит с Рионом поднимались, держась друг за друга, чаровник дрожал словно в лихорадке.

– Видит Рэг, я старался. – Чернокнижник помог Риону сесть на край возка, хотя там и без чаровника было тесно. – Чего встали? Бегом! Или предпочитаете умереть здесь?

– А есть разница? – спросила я, с трудом поднимаясь.

– Сами же сказали, уже не успели, – неожиданно поддержал меня Михей, отодвигаясь к правому борту возка. – Второй день бегаем, все никак убежать не можем. Может, ну его? Дасу так дасу, встретим как полагается! – Он зарядил арбалет.

– Дасу, надо полагать, надлежит бояться. – Вит схватил мерина под уздцы и обернулся.

В его взгляде появилось что-то… Знаете, две большие разницы, как оглядывалась женщина с пацаном… – как его там? Кули, кажется, – и как оглядывался чернокнижник. Женщина была напугана, как может быть напугана доярка отсутствием молока у коровы. Вдруг сглазил кто? Странно, но не смертельно. А вот Вит… Я редко видела его таким, лишь прошлой ночью и перед моим ритуалом покаяния. Он боялся и совершенно не стеснялся этого. Иногда бояться не стыдно.

Я снова услышала далекий хруст. Холод инеем осел на ресницах, кожа на лице мгновенно обветрилась.

– Агррр, – сидевший в телеге Рион обхватил себя руками, стараясь унять дрожь.

– Опоздали, – повторил чернокнижник и бросился к Риону: – Закрывайся, дурень! Закрывайся! По магам ударит сильнее всего! Закры…

Вит ухватился за край возка, Михей не выдержал и выстрелил. На этот раз болт покинул ложе и скрылся в лесу. Никакого видимого эффекта.

– Боги! – В устах Вита это прозвучало как ругательство, вириец так и не дотронулся до чаровника, замер на месте и обреченно добавил: – Всех не прикрою, просто не осилю…

– Я не просила нас спасать. Я не просила… – всхлипывала женщина.

– Если только… – Чернокнижник повернулся, глаза посветлели, стали почти прозрачными. Как тот лед, что наконец-то нас нагнал.

Шерсть на загривке встала дыбом. Мгновение, растянутое до бесконечности. Мгновение перед ударом.

– Если только… – Вириец протянул мне руку.

Я вложила свою руку в его ладонь. Почему бы и нет, раз мы ждем не дождемся пришествия дасу.

– …ты не поделишься со мной силой? Айка, прошу силы!

Губы мужчины шевелились. В окружающем холоде его пальцы казались горячими. Они были обжигающими и такими настоящими…

– Силы, Айка! – произнес Вит, и прозвучало это… сильно.

Иногда слова обретают вес и падают камнем к твоим ногам. Иногда ты падаешь вместе с ними. Есть клятвы, есть обеты, есть заклинания. Все это было в одном его слове.

Ледяное дыхание дасу и огонь рук кудесника. Тепло и холод. Хотелось зарычать и убежать. Хотелось заурчать и остаться. В темных глазах чернокнижника мелькнула обреченность.

Какая разница, о чем он просит? Какая разница, могу ли я это дать? Никакой. Я бы согласилась, попроси он мою правую руку или голову в придачу.

– Бери.

Внутри меня что-то шевельнулось, что-то сдвинулось. Больше всего это походило на несварение. Или на голод, от которого тошнит. Иногда в магии нет ничего привлекательного.

В животе заурчало, жар прокатился по телу и устремился в руку. Устремился к чернокнижнику, оставляя после себя сосущее чувство пустоты. Вит поднял вторую ладонь к тропе, словно намереваясь приветствовать того, кто вот-вот покажется из-за куста…

И тут нас ударило. Завертело, закружило. До хруста в костях, до звона в голове, до хрипа в груди, до стона, что так и не сорвется губ, потому что этих губ больше не будет… Я словно оказалась внутри колокола, что висел на часовне Эола. Оказалась в тот момент, когда кто-то бил в него, созывая народ на молитву. Сила удара была такова, что колокол сорвало, подбросило в воздухе, а потом грохнуло оземь. Вместе со мной. Вместе со всеми нами.

Причитания женщины захлебнулись. Рион упал на Михея. Беззвучно…

В голове звенело, к горлу подкатила тошнота. Я бы тоже упала, если бы не горячая рука Вита. Что-то продолжало перетекать от меня к нему, притягивая и связывая нас еще сильнее. А он все держал и держал вторую руку раскрытой. Держал этот колокол вокруг нас, по которому било ледяное дыхание дасу.

Листья на деревьях чернели, сворачивались и опадали. Земля покрывалась коркой льда, ночное небо, наоборот, светлело. Воздух дрожал и трескался… трескался… трескался, подпуская холод все ближе и ближе. Наледь покрыла борт возка, коснулась копыта Облачка, лошадь заржала. Женщина сжалась, стиснула мальчишку, ее волосы медленно покрывались инеем, словно она долго стояла на морозе… Или седела на глазах.

Чернокнижник застонал, пошатнулся. Но мы все еще держались за руки. Злость, которая тлела во мне с самого захода солнца, вдруг вскипела, вырвалась наружу.