— Мне нужно, чтобы ты придержал эту информацию, пока я не решу, как с ней поступить.
— Конечно, сэр, — сказал Тарик, вставая и направляясь к двери.
— Если ты найдешь доказательства прямой причастности Президента Аббаса ко всему этому, ты скажешь мне? — спросил Камаль.
— Как я уже говорил, сэр, я работаю на вас и только на вас, — ответил Тарик. — Кроме вас никто не узнает об этом.
— Cпасибо, — произнес Камаль, посмотрев мужчине в глаза.
После того, как Тарик ушел, Камаль набрал Тига.
— Нам стоит ускориться, — сказал он своему другу, как только тот ответил. — Мой отец и босс не собираются, в конечном итоге, посещать Гуантанамо и подписывать международное соглашение. Я бы очень хотел оказаться от них обеих, как можно дальше, когда это произойдет.
— Ладно, — ответил Тиг. — Думаю, мы сможем получить необходимые детали в оставшиеся сорок восемь часов. — Он сделал паузу, но Камаль даже и не заметил, поскольку все его внимание было приковано к новостной ленте, бегущей строки внизу экрана компьютера.
— Ты смотришь новости? — спросил он Тига, и сам удивился насколько безжизненно звучал его голос.
— Черт побери..., — ахнул Тиг в ответ.
— Ты видишь это?
— Да.
— Я не могу поверить! — взревел Камаль. Пресса проткнула мыльный пузырь, разоблачив хорошо сфабрикованное прикрытие Дерека, что проститутка направлялась к нему, теперь все знали, что сенатор Мелвилл нанял эту проститутку. На его предвыборной кампании можно было поставить крест. Это также означало, что у Джессики не было приемника. Отчего у Камаля заболело сердце, как только он осознал последствия происходящего кошмара.
— Послушай, почему бы мне не поговорить с Дереком и не попытаться выяснить, как его вывести из всего этого максимально безболезненным способом? — спокойно спросил Тиг, а Камаль задался вопросом, не таким ли тоном он говорил со своими клиентами, когда переговоры заходили в тупик.
— Он опростоволосился с этой кампанией с первого же дня, — пожаловался Камаль. — Ему никогда не приходило в голову, что эта кампания затрагивает слишком многих людей, кроме него и Мелвилла?
Тиг просто продолжил говорить таким же спокойным тоном:
— Я все же поговорю с ним. У тебя итак достаточно своих проблем. Я разыщу Дерека и составлю план действий. Ты же занимайся пока своим штормовым дерьмом, Я же побеспокоюсь о своем.
Камаль ему не сказал, что дерьмо Дерека слишком близком затрагивало его собственное дерьмо, поэтому он согласился, закончив телефонный разговор, бросив с громким стуком трубку на стол.
Затем недолго думая, он взял телефон и просмотрел его специально закодированный список контактов, пока не достиг контакта тысяча шестьсот. Он нажал на кнопку вызова и стал ждать, чтобы услышать ее голос. Через несколько минут и через несколько секретарей, она ответила:
— Господин посол?
— Да, госпожа Президент. Спасибо, что ответили на мой звонок.
— Конечно, — вежливо сказала она, они оба понимали, что линия прослушивается и все ее разговоры ежедневно записываются. Они не могли говорить свободно, но у него не было другого способа связаться с ней.
— Я хотел выразить свое сожаление по поводу утренних новостей. Я понимаю, что открывшиеся обстоятельства ставят ваши собственные планы на будущее под угрозу.
Джессика вздохнула, ее голос стал мягче.
— Да, для меня все становится несколько туманным, но вам не стоит беспокоиться об этом.
— Я все же беспокоюсь, — деловито сказал он. — Я уже сделал выбор — ваше беспокойство — мое беспокойство, госпожа Президент. И я хочу, чтобы вы знали, что пока все еще думают о репутации партии и прессе, как бы лучше спасти свою шкуру, я думаю о вас.
На другом конце линии воцарилась тишина, Камаль стал переживать, что сказал слишком много, выразил слишком далеко идущие планы, хотя, судя по всему, она еще не была готова.
— Я даже не могу вам выразить словами, как сильно меня порадовали ваши слова, господин посол. Думаю, что... — она прочистила горло. — Думаю, вы один из очень немногих людей, который понимает, насколько сильно я хочу изменить кое-что в своем будущем.
— Я понимаю, — нежно утешил он ее.
— Спасибо.