Даллас ушла со студии в шесть. Она посмотрела на клочок бумаги с адресом Бобби. Бульвар Санта Моника. Там, где расположен массажный салон и магазин порно.
Боже! Даллас нервничала, но деньги лежали в сумочке. Она продумала, что скажет Бобби. Никакого шантажа. Если та захочет, Даллас готова оплатить ее лечение. Не захочет – тем хуже для нее. Эта тысяча – последний взнос.
На бульваре было полно машин. Люди возвращались с работы, словно все они жили именно здесь.
Даллас смотрела на номера домов. Она не позвонила Коди и не предупредила, что задержится. Потому что не думала, что Бобби живет так далеко.
Наконец, она нашла ее дом. Грязная развалюха стояла между магазином армейской одежды и порношопом. Только над последним висела неоновая вывеска. Даллас не ожидала, что Бобби живет в роскоши, но такое… Настоящая дыра.
Она оставила машину за квартал и пошла пешком. В открытой двери сидел пьяница. Висела вывеска: «Комнаты сдаются на час». Это заставило Даллас содрогнуться. Ей уже не хотелось заходить в дом, подниматься по узкой лестнице и искать квартиру 4 «Б». А может, это была просто комната?
Пьяница схватил ее за ногу, но она ловко улизнула и стала подниматься. За дверью 1 «А» звучала рок-музыка, а в квартире 1 «Б» плакал ребенок. На втором этаже было тихо. Даллас поднялась на третий и подскочила, когда дверь 3 «А» открылась и из нее вышел молодой человек с бессмысленным взглядом. Он посмотрел на нее и заковылял вниз по лестнице.
Она остановилась, чтобы отдышаться. Даллас злилась на себя за то, что очутилась в таком положении. Если бы можно было уничтожить прошлое, стереть из памяти кошмарные воспоминания. Ли Марголис, Бобби… Почему эти люди все время напоминают… Кто следующий захочет разоблачить ее?
Она совсем устала, когда добралась до четвертого этажа. Перед Даллас была открыта дверь с номером 4 «Б».
– Кто-нибудь есть здесь? – позвала Даллас, не желая входить в темную комнату.
– Вали отсюда! – послышался женский голос из-за двери 4 «А», а потом раздался мужской смех.
На полу комнаты лежала голая Бобби и дрожала. Ее страшно избили. Лицо изменилось до неузнаваемости: губы распухли, из носа шла кровь, один глаз совсем заплыл.
Она со стоном повернулась к Даллас и попыталась улыбнуться.
– Привет, милая, – пробормотала негритянка. – Принесла деньги? Зелененькие мне действительно нужны… Они вернутся и в следующий раз просто убьют меня. Они…
Глава 46
Эл строго приказал держать исчезновение Эвана в секрете. Но об этом знали слишком многие, и, конечно, пошли сплетни, в которых многое преувеличивалось. Эдна билась в истерике. Врач не отходил от нее и постоянно давал успокоительное.
Приехав в Таксон, наняли частного детектива.
– Он его выследит, – заверил Поль.
– Если бы ты не выпускал его из виду, ни черта бы не случилось, – сплюнул Эл. Он злился на каждого, кто к нему приближался. – Почему при нем не было человека? Черт подери, я ведь певец! И не обязан делать все остальное.
Поль неловко пожал плечами. Что тут ответить? Он вернулся в номер к Мелани и пересказал разговор с братом.
– Он прав, – съязвила Мелани. Она смотрелась в зеркало и чуть подрумянила щеки. – Бедный Эл. Нужно было не спускать глаз с Эвана.
Боже! Поль потерял дар речи. Вот Линда успокоила бы его. И обязательно сказала бы, что это не его вина. Собственно, так и есть.
– Ты всегда принимаешь сторону Эла, – возмутился он. – Выходила бы замуж за него.
Вполне возможно, – хитровато согласилась Мелани. – Я подошла бы ему значительно больше, чем эта плакса, – она закончила красить щеки. – Посмотри! Как я выгляжу?
– Как стерва, – Поль выскочил из комнаты. На черта она нужна? Глупая, тщеславная, ворчливая сука! Линда права. Нужно набраться смелости и уйти. Он сможет видеться с детьми. Он получит это право по закону. Но, Боже, они такие маленькие… Придется подождать хоть парочку лет.
Они были в парке на окраине города.
– Подвинься, – хихикала Глори. – Убери свою тощую задницу и освободи место!
Эван неловко устраивался в спальном мешке вместе с Глори. Оба были настолько худыми, что почти гремели костями.
Плам, лежавшая в собственном спальном мешке, пробормотала:
– Заткнитесь! Давайте поспим.