Он посмотрел на нее. Возможно, она не замечала, что спереди халат слегка раскрылся, обнажая тело. Подвинувшись к ней, он сказал:
— Ты знаешь, что ты очень красивая женщина, Далси. И очень опасная тоже.
Она звонко рассмеялась.
— Неужели, Конрад?!
— Да. — Он торжественно кивнул. — Возможно, самая опасная из всех, кого я когда-либо знал. — Он аккуратно поставил свою тарелку на пол и положил руки ей на плечи. Наклонившись, он целомудренно поцеловал ее в лоб. — Ты в любом мужчине можешь зажечь огонь.
Он взглянул на нее, желая увидеть, какой эффект произвели его слова. Удивился, когда от легкого прикосновения его рук халат соскользнул с плеч, полностью обнажив ее тело. Но еще больше он удивился, услышав ее ответ.
— И это весь огонь, который я смогла пробудить в тебе, Конрад? — иронически сказала она, глядя ему прямо в глаза.
Джонни взглянул на часы. Сейчас уже можно звонить, она наверняка дома. Телефон зазвонил. Он поднял трубку.
— Алло?
— Междугородняя, — сообщил голос. — Вы заказывали Калифорнию? Можете говорить.
— Алло, Джонни! — послышался голос Далси. Ее голос звучал радостно и возбужденно.
— Далси! Как ты, моя дорогая?
— О, Джонни! Любимый мой! — сказала она. — Я так рада, что ты позвонил. Я так скучаю по тебе.
— Я тоже скучаю по тебе, дорогая. Все идет нормально?
— Все прекрасно, — ответила она, — но мне бы так хотелось, чтоб ты был здесь.
Он счастливо засмеялся.
— Таков уж мир кино, дорогая. Никогда не знаешь, что случится завтра. Как идут дела с картиной?
— Думаю, что все будет хорошо, но я уже жалею, что начала сниматься. Работа изнуряющая. Я настолько выматываюсь, что еле приползаю домой и валюсь с ног. — Он услышал, как она зевнула.
Его захлестнула волна нежности к ней. Бедный ребенок! Она не знала, с чем связалась. Сниматься в картине — это прежде всего изнуряющий труд.
— Послушай, милая, не буду тогда тебя задерживать. Тебе надо хорошенько отдохнуть, чтобы ты завтра выглядела свежей перед камерой. Я только хотел услышать твой голос. Я чувствую себя таким одиноким.
— Не вешай трубку, Джонни, — почти взмолилась она. — Мне так хочется поговорить с тобой.
Он засмеялся. Что ж, иногда придется говорить с ней и строго.
— Слушай, — сказал он с притворной серьезностью. — У нас впереди целая жизнь, чтобы говорить, а теперь тебе надо идти спать.
— Ладно, Джонни. — В ее голосе звучала покорность перед его мужской волей.
— Я люблю тебя, Далси.
— Я тоже люблю тебя, Джонни, — ответила она.
— Спокойной ночи, дорогая, — сказал он нежно.
— Спокойной ночи, Джонни.
Он повесил трубку на рычаг и вытянулся в кровати. Посмотрев на ее фотографию, он улыбнулся. Через несколько минут он вспомнил, что ничего не сказал ей о Рокко. А именно об этом он хотел с ней поговорить. И его снова охватило ощущение пустоты.
Фон Элстер наблюдал, как она повесила трубку.