— А ты — ее?
— Да.
Я почувствовала, что он начинает возбуждаться.
— А что делал Джино, когда вы были вместе?
— Один раз вошел и смотрел, как мы занимаемся этим.
— Он трахнул ее?
— Не знаю.
— А тебя?
— Не знаю, — и я повторила. — Не знаю! Помню, что он трахнул кого-то из нас, но кого — не помню.
— А что он сделал потом?
— Ушел к себе в комнату и лег спать.
— А вы?
— Мы понюхали остатки кокаина, покурили и продолжали любить друг друга.
— Бог мой! — и он выскочил из постели.
Я была права, — он возбудился.
— Как бы я хотел быть там! Уверен, там было на что посмотреть!
Я не ответила.
— Давай трахнемся.
— Нет, — я помолчала секунду. — Я утрахалась до предела.
— Всегда найдется возможность еще для одного разочка.
— Нет, — и я пошла в гардеробную, чтобы собрать свои вещи.
— Что ты там делаешь? — крикнул он.
— Складываю вещи.
— Зачем? — он казался искренне удивленным.
— Потому что я уезжаю от тебя. Зачем еще, черт побери, я бы стала складывать вещи?
— Ради Бога, не принимай все так близко к сердцу! Не стоит писаться кипятком из-за всякой чепухи. Ты же сказала, что тебе понравилось и ты хорошо провела время.
— Это не имеет никакого отношения к моему решению, — сказала я. — Я не терплю лжи, а ты лгал мне.
— Перестань мазаться дерьмом, крошка! — сказал он. — Это была очень важная сделка. И ты могла бы сорвать все...
— Ты хочешь сказать, что я могла бы сорвать эту сделку для тебя. Для меня в ней никогда ничего не предусматривалось.
Он молча уставился на меня.