— Стараюсь.
— А ты мог бы быть честным со мной, как ты думаешь?
— Думаю, да.
— Тогда скажи, почему ты меня привез сюда?
— Хотел остаться с тобой наедине. А почему ты приехала?
Она не ответила.
Вместо этого она поплыла к глубокому концу бассейна. Он поплыл за ней. Внезапно она нырнула, повернулась к нему, вынырнула рядом и поплыла.
Он рассмеялся и нагнал ее на мелководье. Взял за руку.
— Ты так и не ответила на мой вопрос.
— Потому что ты со мной не откровенен, — она строго посмотрела ему прямо в глаза.
— Тогда скажи сама, почему, по-твоему, я привез тебя сюда?
— Потому что... — она немного замялась, поколебалась и потом выпалила, так и не подобрав других слов чтобы выразить то, что имела в виду, — потому что ты хотел утрахать меня.
— Но если ты так думала, почему же ты приехала? — удивленно воскликнул он.
— Потому что я хотела, чтобы ты меня трахнул.
Он неожиданно оттолкнул ее руку и выбрался из бассейна. Поднял полотенце, обмотал его вокруг бедер, налил себе рому и добавил коки. Сел и стал потягивать, ни слова не говоря.
Она подплыла к краю бассейна и лежала на воде, держась за бортик.
— Ты что, рассердился? Я что-нибудь не так сказала? Он сделал еще один хороший глоток, прежде чем ответить.
— Господи, Джери-Ли, ты говорила, как вульгарная дешевка.
— Прости. Я всего-навсего хотела быть с тобой честной. Я чувствовала тебя во время танца, я... чувствовала тебя, какой ты напряженный, и подумала, что ты хочешь...
— Но девушки не должны так себя вести! — запротестовал он. — И вообще, нельзя же с каждым парнем, у которого на тебя встал...
— Я ни с кем!
— Но ты так говоришь... Что я должен был подумать?
— Вот, значит, как ты считаешь.
— Да я просто ничего не считаю! Я не знаю... У меня никогда до тебя не было девочки, которая бы так себя вела!
И тут вдруг радостное, ясное настроение оставило ее, и она почувствовала, что вот-вот заплачет. Какое-то время она молчала, а когда заговорила, голос ее был спокойным и холодным:
— Уже очень поздно, Уолт. Пожалуй, будет лучше, если ты отвезешь меня домой. Родители будут волноваться, что со мной случилось.
Он остановил машину перед поворотом к ее дому, открыл дверцу, но сам из машины не вышел.
— Спокойной ночи, Уолт, — сказала она.
— Спокойной! — ответил он коротко, включил мотор и уехал, оставив ее на дорожке.
Она медленно пошла к дому, поднялась по ступенькам и вошла.