Он тогда попытался поцеловать ее, но она увернулась от его объятий и засмеялась.
— Эх ты! — сказала она насмешливо, поглядывая на него. — Неужели у тебя такая короткая память?
Он снова попытался обнять ее, и снова она увернулась. Она стояла, приподняв одну бровь, и в ее глазах светилась насмешка.
— Далси, — сказал он, — ты не знаешь, что такое быть без тебя. Я не могу ни есть, ни пить, ни спать, не могу ничего делать. Почему, ты думаешь, я позвонил Джонни и сказал, что готов сниматься в его картине?
Она снова рассмеялась. Это был смех женщины, уверенной в себе. Она подошла к нему поближе. Он обнял ее за талию, чувствуя тепло ее тела через тонкое вечернее платье. Он был уверен, что она сейчас его поцелует, и, улыбнувшись, наклонился к ней.
Она молчала, пока он почти не прикоснулся к ней губами.
— Помнишь, что я сказала той ночью, когда мы виделись в последний раз? — Ее голос был таким тихим, что он едва расслышал.
Он снова улыбнулся.
— Ты была прекрасна. Я тебя никогда не видел такой прекрасной, — прошептал он. — И рассерженной. Я помню.
Она закрыла глаза, прижимаясь к нему. Он чувствовал, как в нем разгорается желание.
Он почти коснулся ее губ, когда она внезапно открыла глаза. Злоба, отразившаяся в них, напугала его.
— Я не шутила, когда говорила так, — сказала она холодно. — И сейчас не шучу. Кто угодно может взять меня, стоит лишь захотеть. Кто угодно, кроме тебя.
Руки его бессильно опустились, по телу пробежала дрожь. Он уставился на нее.
Вдруг она ласково улыбнулась и взяла его за руку.
— Может, присоединимся к остальным, Уоррен? — сказала она как ни в чем не бывало.
Ошеломленный, он вернулся в комнату вместе с ней. Но он был слишком хорошим актером, чтобы показать свою растерянность. Переступив порог и поймав на себе взгляды присутствующих, он вновь принял веселый и безмятежный вид.
— Мистер Крейг, — обратилась к нему женщина, — я просто сгораю от желания познакомиться с вами, но мне никак не удавалось остаться с вами наедине. Мне так хотелось с вами поговорить.
Слегка склонив голову, он вежливо улыбнулся.
— Я польщен, мадам, — сказал он, стараясь выглядеть польщенным и одновременно заинтересованным.
Женщина радостно улыбнулась.
— Мне так нравится ваш голос, мистер Крейг. Он такой… — Она запнулась, подыскивая подходящее слово. — Такой поставленный. Многие из актеров вообще не владеют дикцией, — сказала она победным тоном.
— Благодарю вас, мисс… мисс… — Он посмотрел ей в глаза.
Подняв руку, она машинально поправила прическу.
— Какая же я глупая! — воскликнула она, весело рассмеявшись. — Я забыла, что вы здесь новичок и не знаете, кто я такая. — Выдержав паузу, она протянула руку. — Я Мариан Эндрюс.
Он, подняв бровь, изобразил на лице восхищение.
— Сама Мариан Эндрюс! — сказал он, беря ее за руку и наклоняясь над ней. — Я действительно польщен, — сказал он, — и очень удивлен.
Женщина засмеялась.
— Чем же вы удивлены, мистер Крейг?
— Вы гораздо моложе, чем я думал, и уже — известнейший репортер, — сказал он. Он уже слышал, что ей нравилось, когда ее называли репортером.
— Вы так галантны, — сказала она, хитро прищурившись, — и, хотя я привыкла к лести, ваш комплимент я принимаю, Уоррен. — Она посмотрела на него. — Если, конечно, я могу вас называть по имени, — добавила она. — Мы здесь, в Калифорнии, не особо жалуем официальность. Можете звать меня Мариан.