Мир приключений, 1918 № 01: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Всѣ присутствующіе словно окаменѣли и стояли, не трогаясь съ мѣста. У Антона глаза горѣли безумнымъ восторгомъ торжества побѣды — торжества удовлетворенной, затаенной мести. Лицо его свѣтилось радостной надеждой. Но командиръ съ притянутыми къ бокамъ руками сумѣлъ засунуть ихъ въ карманы и, не вынимая ихъ, выстрѣлить. Откинувшись всѣмъ корпусомъ назадъ, такъ что канатъ натянулся, какъ струна, онъ выстрѣлилъ два раза. Куртка на немъ загорѣлась, но при второмъ выстрѣлѣ Рослый Антонъ клюнулся впередъ и упалъ лицомъ внизъ на палубу, при чемъ разомъ ослабѣвшій въ его рукахъ канатъ не могъ сдержать тяжести человѣка, — и командиръ грузно полетѣлъ въ жолобъ для стока воды.

И этимъ все кончилось. Командиръ, еще разъ доказалъ намъ свое всемогущество и свою громадную власть не только надъ людьми, но и надъ собой и даже надъ смертельной опасностью — и всю силу своего убійственнаго хладнокровія, своей выдержки.

Мертвая тишина царила на суднѣ и на морѣ, и даже въ то время, когда среди людей проявились насиліе и смерть, это мертвое море и воздухъ оставались попрежнему спокойны.

Такова была роковая развязка этой страшной исторіи: этотъ послѣдній выстрѣлъ и Рослый Антонъ, упавшій скрючившись лицомъ внизъ. Но во всемъ этомъ былъ какъ бы слабый отблескъ ироніи судьбы. Командира высвободили изъ петли; онъ всталъ и, облокотясь на перила штирборта, сталъ внимательно глядѣть вдаль. Во всякое время этому человѣку страшно было заглянуть въ глаза, но теперь это было почти невыносимо, — до того страненъ и ужасенъ былъ его взглядъ. Я издали видѣлъ его длинную тощую фигуру, согнувшуюся надъ поручнями и уставлявшуюся на далекій горизонтъ. Куртка на немъ еще слегка курилась въ томъ мѣстѣ, гдѣ онъ ее прожегъ выстрѣлами. Кругомъ стояла та же неподвижная удушливая жара, какъ и до сихъ поръ, и такъ же сонливо плескалась о бортъ вода, когда судно слегка покачивалось и паруса полоскались, безпомощно повиснувъ, какъ подбитыя крылья птицы.

И вдругъ, сквозь эту томительную, нестерпимую жару, сквозь эту мутножелтую завѣсу мертваго штиля, мой взглядъ уловилъ что-то необъяснимое — какую-то темноватую, какъ будто, прохладную точку или, вѣрнѣе, пятно, на самомъ краю горизонта. Но командиръ еще раньще меня увидѣлъ это. Бодро выпрямившись, принявъ нѣсколько натянутую и торжественную позу, онъ, потирая свои бѣлыя костлявыя руки одна о другую, обратился къ помощнику своимъ обычнымъ ровнымъ и спокойнымъ голосомъ, голосомъ, который въ этой мертвой тишинѣ прозвучалъ, какъ удары молота по наковальнѣ:

— Прикажите готовить паруса, мистеръ; начинаетъ свѣжѣть, Вѣтеръ съ кормы…

КТО ОНЪ?　

Разсказъ МЕРЖОРИ БАУЭНЪ　

У ОКРАИНЫ дороги показался разбойникъ, скрывавшійся до сихъ поръ въ кустахъ дикаго терна, на вѣтвяхъ котораго тамъ и сямъ между колючками желтѣли нѣжные цвѣточки.

Грубое, отталкивающее лицо его, обезображенное безпутной жизнью и частыми драками, было искажено злобой; онъ поднялъ пистолетъ и быстрымъ взглядомъ окинулъ дорогу, которая въ этомъ мѣстѣ расходилась на-двое: одна изъ нихъ — вверхъ по скату горы на Лондонъ, другая, пониже, шла на Портсмутъ.

На верхушкѣ горы, рѣзко выдѣляясь на фонѣ сѣраго осенняго неба, стояла висѣлица. На ней висѣлъ скелетъ въ цѣпяхъ. Когда глаза разбойника поднялись вверхъ и увидѣли висѣлицу, они ни на секунду не остановились на ней и нисколько не измѣнили своего выраженія. Разбойникъ привыкъ къ такимъ зрѣлищамъ и слишкомъ хорошо зналъ, чѣмъ кончится его жизненное поприще, а потому не считалъ нужнымъ безпокоиться изъ-за страшнаго скелета, висѣвшаго на горѣ. А между тѣмъ годъ тому назадъ кости эти были покрыты мясомъ, тѣломъ и кровью, онѣ были живымъ человѣкомъ, который подобно ему сидѣлъ въ засадѣ у окраины «Чертовой Чаши» и жадно высматривалъ, не покажется ли на дорогѣ какой-нибудь путникъ, ѣдущій въ Лондонъ.

Весь Френдхидъ, а главнымъ образомъ уединенная часть дороги, шедшей вокругъ котловины, извѣстной подъ названіемъ «Чортовой Чаши», пользовался скверной репутаціей, а потому не доставлялъ прибыльной охоты разбойникамъ и грабителямъ большихъ дорогъ. Изъ Портсмута въ Лондонъ отправлялись обыкновенно большими партіями, причемъ всѣ были вооружены съ головы до ногъ; немногіе проѣзжали здѣсь ночью, а еще меньше въ одиночку.

Вотъ о чемъ думалъ разбойникъ, стоя у окраины котловины и всматриваясь въ пыльную дорогу. Предосторожности, принимаемыя путешественниками, сдѣлали и безъ того уже опасную и тревожную жизнь его еще болѣе опасной и тревожной. Немногіе, однако, разбойники бѣжали изъ этихъ мѣстъ, гдѣ все же можно было хорошо спрятаться и Еремя отъ времени получить кое-какой барышъ отъ бѣдныхъ матросовъ, путешествующихъ пѣшкомъ съ небольшимъ запасомъ чужеземныхъ диковинокъ, и отъ робкихъ, безпомощныхъ и одинокихъ крестьянъ. И сколько такихъ путниковъ не дошло до мѣста, закончивъ свое путешествіе у окраины «Чортовой Чаши», сколько на скорую руку выкопанныхъ могилъ скрывалось среди этой густой чащи дикихъ терновниковъ!

Человѣкъ въ истрепанной одеждѣ стоялъ одинъ въ этотъ поздній осенній вечеръ и припоминалъ, гдѣ онъ истратилъ свои гинеи на вино, гдѣ проигралъ въ карты свою пятифунтовую монету. Онъ проклиналъ себя, думая объ этомъ, и еще крѣпче сжималъ въ рукахъ пистолетъ. Онъ не собирался убивать, но его настроеніе: духа могло толкнуть его къ убійству.

Онъ стоялъ и смотрѣлъ въ ту сторону, гдѣ находился Портсмутъ, и лицо его исказилось отъ нетерпѣнія и стало походить на лицо злой дворовой собаки. Онъ былъ извѣстенъ подъ именемъ «Чернаго Гарри», благодаря смуглому цвѣту лица, которое сдѣлалось теперь бронзовымъ отъ вѣтра и загара.

Нигдѣ и никого не было видно.

Черный Гарри вытащилъ изъ кармана рванаго камзола краденые часы и посмотрѣлъ на нихъ.

Было около четырехъ часовъ — время проѣзда лондонскаго дилижанса, пассажиры котораго были всегда вооружены и сопровождались конвоемъ. Добычи здѣсь не предвидѣлось для Чернаго Гарри. Онъ ждалъ другой жертвы.

Добрый пріятель его, хозяинъ таверны «Лачуга», сообщилъ ему. о прибытіи богатаго и беззаботнаго чужестранца, который высадился въ Портсмутѣ, возвращаясь домой послѣ многихъ лѣтъ пребыванія за границей.

Джентльменъ этотъ привезъ, говорятъ, много цѣнностей и золота; у него не было слуги, онъ путешествовалъ одинъ, верхомъ на лошади, ибо терпѣть не могъ медлительности и тряски дилижанса. Сегодня онъ собирался отправиться въ Лондонъ.

Черный Гарри даже причмокнѵлъ губами, когда услышалъ о такой добычѣ, но послѣднее время онъ потерялъ вѣру въ свое счастье. Ему казалось, что у намѣченной имъ жертвы не хватитъ мужества въ послѣднюю минуту, и онъ возьметъ мѣсто въ дилижансѣ или поѣдетъ въ сопровожденіи конвоя и по другому пути.

Въ то время, какъ онъ раздумывалъ объ этомъ, изъ-за поворота дороги показался дилижансъ. Черный Гарри мгновенно отскочилъ обратно въ кусты и сидѣлъ тамъ, притаившись, до тѣхъ поръ, пока тяжелый дилижансъ, нагруженный пассажирами и багажемъ и ѣхавшій въ сопровожденіи вооруженной стражи, не поднялся на гору.

Не успѣлъ онъ скрыться изъ виду, какъ Черный Гарри снова занялъ свой наблюдательный постъ, устремивъ зоркій, внимательный взглядъ на дорогу.

Вдругъ онъ вздохнулъ съ видимымъ чувствомъ облегченія и удовлетворенія и, вынувъ изъ кармана грязный, засаленный кусокъ чернаго крепа, въ которомъ были вырѣзаны двѣ дыры для глазъ, надѣлъ его на лицо и завязалъ сзади. Надвинувъ затѣмъ на глаза шляпу, онъ сѣлъ въ засаду позади верстового столба, указывающаго разстояніе до Лондона.

Проницательные, опытные глаза его замѣтили всадника, подъѣзжавшаго къ тому мѣсту, гдѣ дороги раздѣлялась на-двое.

Черный Гарри ждалъ терпѣливо; тѣло его было неподвижно, но умъ работалъ дѣятельно. На этотъ разъ онъ замышлялъ даже убійство; если путникъ будетъ сопротивляться и звать на помощь, Черный Гарри рѣшилъ пристукнуть его по головѣ или всадить въ него пулю. Въ то время, какъ онъ раздумывалъ, какой способъ будетъ проще и безопаснѣе, всадникъ, обратившій вниманіе на пустынное мѣстоположеніе, пришпорилъ лошадь въ надеждѣ догнать дилижансъ и скоро поровнялся съ верстовымъ столбомъ.

Черный Гарри съ быстротою юности выскочилъ изъ засады и навелъ пистолетъ на всадника.

— Спѣшивайся! — крикнулъ, онъ и глаза его съ алчностью устремились на туго набитый чемоданъ, привязанный позади сѣдла. — Спѣшивайся! — съ проклятіемъ повторилъ онъ.