Мир приключений, 1918 № 02: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Человѣкъ, который былъ сегодня вечеромъ у моего дяди, — сказалъ Бріанъ привратнику, — и ссорился съ нимъ, былъ… былъ иностранецъ.

ЗАСЛУЖИВАЕТЪ ЛИ СНИСХОЖДЕНІЯ?

Разсказъ И. Филльпотса

Былъ вечеръ субботы, и въ тавернѣ «Плюмажъ» собралась изрядная компанія сосѣдей. Зима въ тотъ годъ была жестокая, и голодъ, словно вооруженный съ головы до ногъ непріятель, врывался почти въ каждый домъ. Лошадей въ серединѣ февраля отправили въ долины, гдѣ онѣ сами должны были добывать себѣ пропитаніе; но посылать на болото что-либо живое значило обрекать его на смерть. Метели слѣдовали за метелями, и снѣгъ на сѣверныхъ склонахъ горъ началъ таять только въ маѣ.

Разговоръ въ тотъ вечеръ шелъ о старыхъ временахъ и о такихъ событіяхъ, о которыхъ всѣ знали только по разсказамъ своихъ отцовъ и дѣдовъ. Поводъ къ этому разговору подалъ вчерашній случай. Самуэль Бонусъ, церковный сторожъ, сообщилъ; что онъ наткнулся на трехъ человѣкъ, спавшихъ подъ портикомъ церкви. Всѣ они оказались бродягамй, которые укрылись тамъ отъ непогоды; Самуэль сказалъ, что не пойди онъ туда, чтобы наклеить на стѣну объявленіе, всѣ они замерзли бы до утра, такъ какъ было двадцать градусовъ мороза, а у бѣднягъ ничего не было на тѣлѣ, кромѣ лохмотьевъ.

Случай этотъ напомнилъ старому Гарри Гоуки одно происшествіе, бывшее много лѣтъ тому назадъ.

— Случилось это при жизни преподобнаго Валлеторта, — сказалъ онъ; — мой дѣдъ исполнялъ обязанности церковнаго сторожа, какъ вотъ теперь Бонусъ. Преподобный Валлетортъ былъ человѣкъ привѣтливый, довѣрчивый, скорѣе ангелъ, чѣмъ человѣкъ. Лицо его сіяло кротостью, даже святостью, можно сказать; мой дѣдъ говорилъ, что, превратись его стихарь въ крылья, которыя черезъ окно въ церкви унесли бы его на небо, рѣшительно никто не удивился бы этому. Но слишкомъ большое довѣріе съ его стороны послужило ему же во вредъ. Онъ не достаточно строго относился къ преступникамъ и когда говорилъ съ ними, то въ словахъ его слышалось сомнѣніе въ наказаніи за грѣхи. Добрая душа его возставала противъ огненнаго озера и была полна надежды. А это штука опасная. Не нужно, конечно, душить насъ за горло въ каждой проповѣди, — но зачѣмъ умалчивать объ адѣ?.. Не слѣдуетъ забывать о существованіи такого мѣста. Преподобный Валлетортъ получалъ иногда предостереженіе въ томъ, что діаволъ бодрствуетъ и дѣятеленъ, какъ пчела; перелетая изъ одного города въ другой, заглядывалъ онъ иногда и въ Дартмуръ. Бродяги частенько ночевали въ церкви, которая по приказанію преподобнаго отца оставалась всегда открытой. И вотъ въ одно прекрасное утро старый Даніель Гоуки поспѣшилъ въ викаріатъ и доложилъ, что какой-то человѣкъ провелъ большую часть ночи въ церкви. Викарій улыбнулся, какъ ангелъ, и сказалъ моему дѣду:

— Что жъ изъ этого, мистеръ Гоуки? Гдѣ же бѣднягѣ найти лучшій пріютъ, какъ не въ Домѣ Отца Своего?

— Несогласенъ, ваше преподобіе, — отвѣчалъ церковный сторожъ;—больно будетъ вамъ слышать, что бѣдняга унесъ подсвѣчники съ престола и выпилъ освященное вино до послѣдней капли.

А подсвѣчники были сдѣланы изъ хорошаго серебра и пожертвованы эсквайромъ Бассетомъ въ память его умершей жены. Когда эсквайръ узналъ объ этомъ, онъ пріѣхалъ въ викаріатъ и, надо полагать, съ плеча отчиталъ преподобнаго Валлеторта. Сказалъ ему, чтобы церковь была заперта и нѣтъ сомнѣнія, что Валлетортъ съ этихъ поръ понялъ, до чего можетъ опуститься голодный и бездомный человѣкъ.

— Валлеторты люди хорошаго рода, — сказалъ фермеръ Мэмфордъ, — и семья наша въ теченіе многихъ поколѣній роднилась съ ними. Мы всегда арендовали у нихъ землю лѣтъ двѣсти подъ рядъ. Одинъ изъ Мамфордовъ выручилъ ихъ въ одномъ случаѣ, когда одинъ изъ Валлетортовъ былъ приговоренъ къ висѣлицѣ за покражу овцы. Я не помню подробно всѣхъ фактовъ, но мой дѣдъ Чарльзъ, который и былъ тѣмъ Мамфордомъ, до самой смерти часто разсказывалъ объ этомъ.

Зная хорошо, что во всей нашей мѣстности не было лучшаго разсказчика, какъ Роулендъ, содержатель таверны, я сказалъ ему:

— Не можете ли вы разсказать намъ объ этомъ, Джонни?

— Пожалуй, Томъ Теригль, мнѣ все это дѣло хорошо извѣстно, а фермеръ Джимъ почему-то забылъ его.

— Дѣло такое, что стоитъ разсказать, и я радъ буду еще разъ прослушать его, — сказалъ фермеръ. — Я хочу знать всѣ факты, Валлеторты мнѣ родственники. Я былъ совсѣмъ еще крошечнымъ мальчишкой, когда мой дѣдъ умеръ.

И всѣ мы, и Гарри Гоуки, и я, и Моисей Беттъ, нашъ молчаливый пріятель, просили Роуленда разсказать.

— Разскажите, сосѣдъ, — сказалъ Моисей Беттъ. Роулендъ засмѣялся и согласился исполнить нашу просьбу.

— Два слова Бетта равняются четыремстамъ словъ другихъ людей, — сказалъ Джонни. — Онъ выразилъ желаніе слышать и услышитъ.

Чувствуя, что онъ сдѣлался центромъ всеобщаго вниманія, Моисей воспользовался этимъ и сказалъ еще два слова.

— Всѣмъ виски!

Не часто подносилъ онъ намъ такое угощеніе, а потому Роулендъ, опасаясь, что онъ измѣнитъ свое намѣреніе, поспѣшилъ подать каждому то, чего онъ желалъ. Мы выпили за здоровье Бетта, и Джонни приступилъ къ разсказу.

— Всѣмъ давно уже извѣстна поговорка, что у хорошихъ пасторовъ всегда бываютъ скверные сыновья, хотя не думаю, чтобы это была правда. Мальчиковъ всегда строго держали у духовенства, и когда имъ удавалось избѣжать домашняго надзора, они распускались и становились необузданнѣе тѣхъ, которые хотя до нѣкоторой степени пользовались свободой. Такъ это или не такъ, но второй сынъ пастора Валлеторта былъ кутила и тратилъ больше, чѣмъ могъ ему давать отецъ. Лесли Валлетортъ звали его; онъ былъ любимцемъ матери, которая была родомъ изъ Сомерсета и держала себя, очень гордо и надменно. Лесли жилъ только спортомъ и до безумія увлекался имъ. Онъ ни надъ чѣмъ не задумывался и тратилъ даромъ свои силы, мужество и способности. Всѣ мысли его были сосредоточены на своихъ рукахъ, ибо онъ былъ первымъ борцомъ въ Девонѣ. Говорятъ, будто онъ боролся въ Лондонѣ въ присутствіи Георга III

Въ умѣ-то его не было того равновѣсія, какое было въ его тѣлѣ, и онъ скоро сдѣлался игрушкой безпутныхъ людей, смертельно огорчая своего отца. Старшій братъ его, военный, неоднократно уговаривалъ мистера Лесли бросить спортъ, да и отецъ съ своей стороны дѣлалъ все, что могъ.

Лесли былъ красивый юноша съ бѣлокурыми, вьющимися волосами и голубыми глазами и съ такимъ же добрымъ сердцемъ, какъ у его отца. Но онъ былъ слабохарактерный и въ то время своевольный, унаслѣдовавшій упрямство и смѣлость своей матери; перейди къ нему хоть частичка ея гордости, онъ былъ бы спасенъ. Но онъ не понималъ значенія этого слова и въ равной степени готовъ былъ вести знакомство и съ бродягами, и съ епископами.

Время было тогда суровое, куда суровѣе, чѣмъ теперь; законъ, и безъ того слабый, въ настоящее время, будетъ съ каждымъ годомъ еще слабѣе; но тогда онъ былъ ужасомъ всѣхъ злодѣевъ. Преступниковъ вѣшали въ то время даже за покражу овцы; бывали случаи, когда ихъ вѣшали въ цѣпяхъ съ цѣлью предупредить преступниковъ, чтобы они бросили свое преступное дѣло, если хотятъ жить въ мірѣ и покоѣ. Когда человѣка приговаривали къ повѣшенію въ цѣпяхъ, кузнецу приказывали сдѣлать желѣзную клѣтку, куда бросали тѣло повѣшеннаго и затѣмъ ее подвѣшивали къ дереву въ какомъ-нибудь мѣстѣ, гдѣ ее могли видѣть всѣ проходившіе мимо люди. Тамъ тѣло преступника оставалось до тѣхъ поръ, пока птицы не склевывали всего мяса, а оставшіяся кости падали на землю между прутьями клѣтки.

Вамъ, я думаю, и въ голову никогда не приходило, чтобы сынъ какого-нибудь богатаго человѣка могъ кончить свою жизнь такимъ ужаснымъ образомъ. Такое страшное наказаніе было придумано для разбойниковъ, для тѣхъ кто обкрадывалъ лавки, таскалъ кошельки изъ кармановъ, для всякихъ воровъ вообще, но ему рѣдко подвергались люди изъ хорошей семьи. Правда, между разбойниками большой дороги попадаются иной разъ и люди знатнаго происхожденія, — но мыслимо ли, чтобы такой человѣкъ, какъ Лесли Валлетортъ, занимающій хорошее общественное положеніе, получившій образованіе, сынъ благочестиваго священника, могъ быть обвиненъ въ кражѣ овцы, опозоривъ себя передъ всѣми людьми?

Укралъ онъ, разумѣется, не съ тою цѣлью, съ какою крали люди, у которыхъ умирали съ голоду дѣти и жена, какъ это часто случалось въ то время у насъ въ Дартмурѣ. Мистеръ Лесли, больше жизни любившій всякія темныя предпріятія, побился объ закладъ, что надѣнетъ на шею петлю висѣльника, или сдѣлаетъ что-нибудь, за что его повѣсятъ. Онъ укралъ овцу, приказалъ её зарѣзать и ея мясомъ угостилъ своихъ пріятелей. Говорятъ, что въ то время, когда они ѣли баранину, обильно поливая ее соусомъ изъ каперсовъ, который перекатывали по столу въ серебряной лодочкѣ, къ нимъ явились представители закона и потребовали молодого Валлеторта къ допросу.

Онъ со смѣхомъ послѣдовалъ за ними, ибо не сомнѣвался, что, узнавъ всю истину, заставятъ его уплатить фермеру стоимость овцы, и тѣмъ дѣло кончится. А между тѣмъ его отправили въ Эксетеръ, гдѣ въ то время была сессія; судья составилъ обвиненіе, и присяжные, въ числѣ которыхъ находился республиканецъ-кожевникъ, ненавидѣвшій людей болѣе высокаго происхожденія, признали его виновнымъ. Въ одинъ и тотъ же день судился вмѣстѣ съ нимъ за то же преступленіе Джекобъ Пренчъ, и ихъ обоихъ приговорили къ смертной казни на висѣлицѣ, а тѣла ихъ приказано было повѣсить въ клѣткѣ на страхъ всѣмъ преступникамъ.

Семья молодого человѣка сдѣлала все, что только было въ ея власти, чтобы спасти его. Но народъ въ то время былъ сильно вооруженъ противъ господъ, и ничто, казалось, не могло поколебать рѣшенія закона. Судья, человѣкъ суровый и неумолимый радикалъ, не соглашался взять обратно своего приговора, а народа, былъ ожесточенъ войнами и смутами. Время было, однимъ словомъ, такое, что и думать нечего было, чтобы можно было предотвратить повѣшеніе преступниковъ, совершившихъ покражу овецъ.