Харрис (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да. Но мы не продвинулись. И потом, — он тоже улыбнулся ей в ответ и стал тушить окурок, — я рассуждаю сейчас об этом только с тобой. Думаешь, я хочу говорить об этом Ричу? Нет, не хочу. Совсем не хочу. Я не отношусь к его авангарду из прогрессивных умов, а он слушает только их. Знаешь, я бы даже не удивился, если бы когда вернулся, увидел, что они уже режут этих существ.

— Ты очень их не любишь, и это зря. Ещё скажи, что они готовы делать это голыми руками, — Кейт улыбнулась.

— Почему бы и нет, — он поддержал шутку, — подумаешь, зубки и мозг больше половины тела. Ерунда.

— Вот увидишь, там полно разговоров, и не больше.

— Да. Надеюсь, этот военный вчера убедил Рича. Он для этого подходит лучше всего. Это его человек сидит в карантине.

— А правда, как ты считаешь, что с ним?

— Ну, если принять как данность отсутствие ошибки системы анализа, то я скажу, что лучше бы это всё-таки была эта ошибка, потому что других предположений у меня нет. Вот это, кстати, самый животрепещущий вопрос, который стоило бы решать в первую очередь. Потому что если он как-то заразился, несмотря на защиту, то завтра заражёнными можем быть мы все.

— Тебе не говорили, что ты параноик? — спросила Кейт, вставая, когда он направился на выход.

— Вот уж поверь, лучше пусть тебя считают параноиком, чем ты однажды проснёшься с такой присоской на голове, потому что ей стало мало своего мозга, и она решила позаимствовать твой.

— Ты думаешь, он ей подойдёт?

— А почему нет? Электрическая активность схожая, — сказал он, когда они уже выходили в коридор.

Как и предполагал Гордон, самой животрепещущей темой было непосредственное исследование самих инопланетных организмов, а не их мозговой активности. Научное сообщество вполне резонно предположило, что именно изучение их строения и поведения сможет открыть тайну того, что произошло с Маркиным. Тем более, что исследование его самого ничего не давало. Система лишь обнаруживала угрозу, но сама по себе изменённая активность мозга на данном этапе была плохим материалом для исследования, что было очень нехорошо. Даже те из учёных, кто думал над этой проблемой, не знали, с какого края к ней подступиться, потому что куда привычнее было классическое биологическое заражение. Все понимали положение, в котором оказался старший офицер, но ничего сделать с этим не могли.

Сам Маркин мрачнел всё больше. Такое случается, что стоит человеку поверить в то, что он болен, как ему действительно становится хуже. Старший офицер, конечно, не занимался самовнушением, но в определённый момент слишком сильно боялся заразиться, не верил в защиту, когда прикасался к этим инопланетным существам, и вот результат — система подтвердила его самые ужасные страхи.

К нему и вечером и утром приходили жена и дочь, но от их посещения ему становилось лучше только на короткий промежуток времени, а потом только тяжелее. Если он станет единственной жертвой этого, с позволения сказать, «исследования», то какая судьба ждёт их? Ведь это он обеспечил им билет на корабль. Может быть, первое время всё останется, как и должно быть, но потом его семью заставят работать, чтобы отрабатывать рацион, отберут жилые апартаменты и прочие привилегии. Таких последствий он не хотел, тем более, что он добывал эту странную форму жизни не для себя. И вот он уже почти сутки здесь, а им никто так и не заинтересовался.

— Ты и правда хреново выглядишь, — сказал Филипс, зашедший сразу после ужина, — ничего не чувствуешь?

— Если не считать ощущение, что я стал никому ненужным куском дерьма, то я в порядке.

— Не говори так. На твоём месте мог быть любой другой.

— Да, но здесь я.

Он видел Филипса на небольшом экране, заменявшем окно во внешний мир. Отличный способ связи, не позволяющий испытывать иллюзий по поводу того, где ты в действительности находишься. Ты — в карантине, за глухими непрозрачными стенами. Пожалуй, этого достаточно, чтобы та зараза, которую подцепил ты, не стала чумой для всех, кто населяет этот огромный корабль, имя которому Аурэмо. А ведь это было бы полезно. Может быть, кто-то понял бы, что чувствует Маркин.

— Мы разберёмся с этим, поверь мне. Этих существ изучают, чтобы понять, как одно из них могло тебя заразить.

— Вы ведь брали анализ крови. Он ничего не показал?

— В ней ничего нет. Вполне обычная кровь. Учёные ещё ищут.

— Если в крови ничего нет, то как я тогда могу быть заражён?

Лицо Маркина налилось краснотой, вены на шее проявились. В этой фразе была выражена вся его злоба, которая накопилась в нём с того момента, как он остался здесь один, в то время как все остальные отправились в корабль. А ведь он ничем не болен, это чёртова ошибка. Ведь кровь чиста, значит, имеет место сбой системы. Что им ещё надо?

— Умники говорят, что кровь не всё может показать, — выдохнув, сказал Филипс.

— Пусть возьмут всё, что им нужно, но выпустят меня.

Он стал ещё краснее и ещё злее. Филипс, который мог смело осадить офицера, бывшего младше него по званию, немного испугался и отошёл на шаг назад.

— Не забывай, если ничего не проявится по прошествии срока, то тебя так или иначе выпустят. Никто тебя здесь не оставит умирать.

— Сколько срок в этой ситуации?

— Я точно не знаю.