Корм вампира (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не простой ты человек, прохожий. У тебя глаза, как у крокодила. А хватка и терпение — бульдог позавидует.

— Глупости, мастер. И человек я простой, и глаза у меня зеленые, а хватка и терпение — вполне обычные, человеческие. Не надо меня до уровня животного низводить. — Погрозил я пальцем и честно рассмеялся в ответ на все эти восточные высокоумности. — Не настолько я плохо выгляжу и чувствую себя, чтобы приписывать мне нечто, мне не свойственное.

Сибатси гневно глаза прищурил, а потом не выдержал и рассмеялся, словно открыл я ему истину смешную, запредельно смешную, если судить по его беззвучному смеху.

— На втором этаже, есть свободная комната. Дверь слева. Ужин будет через три часа, по первым сумеркам. — Мастер развернулся ко мне спиной, словно потеряв всяческий интерес к моей персоне, и вернулся к своему анахронизму с педальным приводом…

Время, проведенное в городке, убедило меня в том, что люди есть по обе стороны океана. И люди, в большинстве своем, очень даже и неплохие. Тараканы, конечно, есть, как у того же мастера Сибатси, с чего-то решившего, что я — оживший утопленник, присланный его богами покарать отступников и всех подряд, без разбору. Не знаю, кто из пантеона синтоистских божков отличается такой злобливостью, но встречаться с ним совсем бы не хотелось. По словам мастера, у меня будет долгая жизнь, полная опасностей, потерь и лишений, так любимых любым божеством, что путает человеческий хребет и дубовый ствол дерева, взваливая на человеческие плечи свое видение мира и его устройства.

А еще, мудрец долго качал головой и цокал языком, наблюдая за процессом примерки свежесшитой обувки.

Что скажу… Ошибся мастер-то. На два размера ошибся, превратив симпатичный сапог — в испанский. От расстроенных чувств, следующую пару Сибатси кроил при мне, тут же проверяя выкройки по моим тумбам, загадочно почесывая уши, качая головой сокрушенно и ругаясь шепотом, словно я не слышу.

И пусть общности душ в делах божественных мы не нашли, но вот подправить мне здоровье, за все это время, мастер успел, гарантируя, что кожа теперь будет поспевать за процессом моего похудания, особенно если я не буду этот самый процесс форсировать.

Восточная медицина, если выбросить из нее все божественную тягомотину, вполне эффективна, хоть в большинстве случаев, всего-навсего, использует эффект плацебо, то бишь самовнушения. Ну, а тот, кто знает, что может человек в определенном состоянии, кто знает, как это состояние вызвать, называют себя громкими титулами и навешивают десятки медалей себе на грудь, спину и то место, что ниже.

Сибатси оказался не исключением. Не в том, что навешал себе титулов, а в том, что знал, как вызвать нужное состояние. Да и травами старик пользовался совершенно свободно, заваривая совершенно потрясающие чаи и делая отчаянно вонючие растирания, от которых кожа краснела, зуделась и съеживалась прямо на глазах, подчеркивая все оставшиеся отложения пищевого излишества, неподвижности и лени.

Вместо "пары суток", в городе провел неделю, дважды вместе с мастером Сибатси уходя в лесок, за "сбором трав" и "единением с природой". Заодно и Бену все передал, успокоил и обрадовал своим цветущим видом.

И вот теперь, сидим мы на его прекрасном острове, в Тмутаракани, и любуемся рабочим радаром, ярко-красным, закатным солнцем и в ужасе ждем очередной ночи, наполненной шумом льющегося стеной дождя, завывания ветра и бьющихся о недалекие камни, волн, злых и обиженных на то, что берег им так и не поддается, оставаясь неприступным, как сердце трезвой красавицы.

Сам перелет оставлю, что называется, за скобками — пришлось устроить целый челночный бег, чтобы перевезти на остров сперва меня, потом все наши припасы. Заготовили промежуточные тайники, два десятка свеч не хватило и пришлось закупать еще сотню. Везде одни траты и нервы, нервы, нервы. От нервотрепки, мы с Беном пару раз крупно повздорили и я на полном серьезе собрался уйти в "одиночное плаванье", благо, что и оружие появилось и одеждой разжился. Старик Сибатси приглашал и вовсе остаться до марта-апреля следующего года, гарантируя, что я за это время стану крепким, как дубок. Надеюсь, он имел в виду здоровье, а не умственные способности, за которые я стал опасаться, выслушивая длиннейшие восточные премудрости, совершенно не входящие в мой, насквозь прагматичный, мозг психолога.

"Ковер-самолет" отказался мне подчиняться, я и шкатулку-то, его содержавшую, не смог открыть, не говоря уж о том, что свечи, установленные мной в подсвечники, гореть совершенно не желали, а команды руками артефакт игнорировал, словно не замечая меня в упор.

Бен ругался, плевал ядом, уговаривал и меня, и артефакт подружиться, найти общие точки, но вместо этого — глухая стена с обеих сторон.

Всегда подозревал, что в магии я, совершеннейший ноль! А тут такое ясное и понятное подтверждение!

Только странное чувство, что артефакт остался доволен моей "магической" неполноценностью, очень сильно мешало мне спать, нарезать круги по расквашенному дождями острову и до потери сознания работать на полосе препятствий "Форта-демократ", восстанавливая физические данные.

А со вчерашней ночи и вовсе началась чертовщина, оставившая на столе, в общей гостиной, бутылку десятилетнего вискаря, с ярко-красной ленточкой-бантиком, мокрые следы на дорожке и чернючий засос, на шее Бена!

Домик падре Антония, с любовью вылизанный "Стеклом" в первое посещение, по-моему, таил еще какие-то секреты, вроде звуконепроницаемых стен или чего похлеще. Тем более что мне досталась "половинка" бывшего контрразведчика, а от этой братии можно ожидать чего угодно. Знаю я эту братию, неоднократно встречался, на свою голову. По долгу службы, а иногда и во вне служебное время…

Выпустив синеватое облачко сигарного дыма, Бен сокрушенно покрутил головой, потянулся, хрустнув суставами, и потянулся за бутылкой, рассматривая ее так, будто она вот-вот взорвется. Или бросится на него, не хуже волка-оборотня.

— Бен. — Окликнул я морпеха, возвращая в реальность. — А ты радар весь обшарил? Может, там персонал остался? Вот и оголодали, девушки. Попользовались-попользовались, да и отблагодарили тебя, за славно проведенную ночь!

Аркан сперва покраснел, потом побледнел, запыхтел, скрывая свое лицо за клубами вонючего дыма.

— Не работали на радаре девушки. — Вздохнул он. — В баре, в веселом доме — работали. А на радаре — нет. Да и не было такого здорового. Этот — цельнолитой, даже двери нет. Бетонный саркофаг, монолит! У нас стояла пара мобильных, остальное наблюдение шло по спутнику. А на мобильных, работали мужики… Так что, не пошел бы ты, со своими предположениями…

Свернув пробку, Бен сделал большой глоток и с удовольствием выдохнул, блаженно закрыв глаза.

— Хор-р-р-рошо пошла, родная!

— Бен, это — виски! Мужской род, между прочим! — Поддел я, расслабившегося мужчину.

— Это — выпивка, Олег. — Бен хитро открыл один глаз. — А раз выпивка, значит — она! Будешь?

— Ты еще у солнца спроси, будет ли оно завтра светить! — Я принял квадратную бутылку и сделал хороший глоток, прямо из горла.

И вправду, хорошо пошла, родимая!

Не знаю, с чего мне так везет на хороших людей, но вот везет и все тут!