– Жидовин у нас сидел, живодер сущий! Тогда еще, при Ляксандре…
– А татары их и наставили в те поры!
– Мы и сами хороши. Вот я скажу, в Ярославле дело было, – зарассказывал пожилой ратник. – Зосима был, монах… Он в бесерменскую веру перешел. Ну, ты, хоть и веру сменил, а своих-то пожалей! Ан нет, он вопьетце – доколь всей крови не выпьет, не слезет. Кого и татарин не ободрал, и бесермен пожалел, а он – никаких! С иконами вот! Чего надумал: иконы колоть топором! Колет и смеется, собака: «Я теперь иного бога, мне ничо не будет. А вы – вошь, вас теперя, соленых, и в торгу не берут»… Да!
– Иконы топором! Монах был?
– Монах! И все он делал: и пил, ёрничал, и бабы енти, понимашь…
– Ну, до баб кто не лаком!
– Мне сейчас, мужики, и бабу не нать. На полати бы только затенутьце да щей добрых, горячих. Руки сперва о латку погреть, там сольцы поболе да хлеба ломоть горячего…
– Не томи душу!
– Не тяни! Мы не железные!
– А ничо! Наелси бы своих щей, отогрелси и – кукареку? Без бабы, брат, не жись!
– Нет, ты о Зосиме етом. Ну, и чем дальше, кончил-то как?
– Порешили его. Еще мужики горевали, что погорячились, враз порешили. Говорят, помучить его нать было.
– Да, у нас народ и зол, да отходчив. Так вот жилы тянуть не станут.
– А что, татары порют людей кнутом?
– Очень даже свободно!
– Гляди, и наши скоро переймут! Чего бы доброго…
– Дак все ж ты мне скажи, татар скинуть, и бесермен не будет? Ясащик тот утек?
– Не будет, коли бояре сами не заворуют. Это уж кака власть!
– Хозяин нужен земле!
– Митрий Саныч, он и стараетце, и всё, а силов мало у его!
– Силов не хватат. Александр, батюшка, тот держал!
– Дак… Дальше-то так и будем, как ныне?
– Ежели бы татары приняли веру нашу да стали беречь землю, как хозяева! А то, что осень, то набег. Тут ты дом срубил, тут опять на дым спустили.
– Рязанщину всю разорили, почитай!
– Ну, ето ты загнул, чтобы власть татарская! Власть должна своя, от Бога чтоб, от прадедов, по закону, по ряду…
– А и неважно, как взята власть, важно, как после себя ведут!
– Как так?
– А вот и так! Что Андрей, что Митрий! А коли взял, то и твое, и беречи должон! Ты вон коня купил, тоже не твой был конь, а нонеча пылинки с его сдувашь!
– Дак то купи-ил! Я серебро дал! То и берегу.
– А и на бою взял, тоже беречи будешь! Корысть уж свою соблюдешь всяко.